Отец Томас глубоко вздохнул.

– А сколько людей с. тобой? – спросил он.

– Две роты, но этого будет вполне достаточно, – ответил Гол, широко улыбаясь.

– Две роты? – переспросил отец Томас и посмотрел кругом.

– Они стали в крепости, Сивард, – объяснил Гол. – На самом-то деле это была мысль генерала. Если орлокам так нужен Тремонт – что ж, пусть забирают его!

– Я расставил ваших людей по крышам крепости, – сказал Вал. – Орлоки войдут во двор… но выйти из него им не удастся.

– А как мы их туда заманим? – спросил Коллин.

– Нужно предложить им привлекательную приманку, – загадочно ответил Вал.

Через двадцать минут Коллин, Эйкин и еще десять человек стояли за догоравшей баррикадой и внимательно наблюдали за подходившими орлоками.

Дариас Вал стоял посреди улицы, широко расставив ноги. В одной руке он держал свой изогнутый меч, а другую, сжав в кулак, упер в бедро. Его черный балахон слегка развевался от вечернего ветра.

– Убирайтесь из этого города, пожиратели падали! Ваш вид оскорбителен для человеческого зрения. Убирайтесь, и мы даруем вам жизнь! – закричал он.

Орлоки в недоумении остановились, осматриваясь вокруг.

Наконец один из них выступил вперед и прошипел:

– Вышли нам мальчишку, и мы даруем жизнь тебе, человек.

– О каком это мальчишке ты говоришь, ночное страшилище?

Орлок сделал вперед еще один шаг.

– Ни шагу дальше, чудовище! – отчеканил Вал. – Ты думаешь, мы поверим слову орлока?

– А ты думаешь, что мы поверим слову человека? – с удивительной точностью передразнил его тот.

– Зачем вам парень? Почему бы не удовольствоваться одним кольцом? – выкрикнул Эйкин.

Орлок ответил не сразу:

– Раньше нам было бы достаточно и одного кольца. Но теперь нам нужен и мальчишка. Тысячи наших соплеменников погибли. Скажи мне, человек, кто же из нас чудовище?

– Хорошо еще, что они и меня не требуют, – сказал Эйкин Коллину так, чтобы орлоки услышали. – Ведь это я поджег баррикаду.

Эти слова произвели желаемое действие. С бешеным ревом чудовища рванулись вперед. Двенадцать человек развернулись и помчались от них по улице. За ними неслись разъяренные твари. Они промчались мимо Северных ворот прямо к крепости.

По подсчетам Гола, во двор крепости ворвалось больше двухсот орлоков – но внутри никого не было. Когда раздался приказ стрелять, обе роты лучников, до этого старательно прятавшиеся, мгновенно встали и обрушили на чудовищ ливень стрел. Ворота захлопнулись.

Через пять минут с орлоками было покончено.

37

Элгария, поле Ардон

Мэтью проснулся в предрассветной мгле. Спал он беспокойно и отдохнул плохо. Хоть это были орлоки, но сознание того, что он убил тысячи живых существ, давило его душу тяжким грузом. Вопрос орлока – кто же чудовище? – не давал юноше покоя. Он еще раз безуспешно попытался воспользоваться кольцом. В конце концов Мэтью отказался от этой мысли, сполоснул лицо водой, взял меч и направился к Тремонту. Ему было необходимо одиночество, чтобы спокойно поразмыслить.

На краю леса, неподалеку от тропинки, ведущей к лагерю, виднелись остатки трех древних строений. Гол показал их юноше прошлой ночью. От двух не осталось ничего, кроме фундамента и кусков гранитных стен. У третьего строения сохранился весь первый этаж и часть второго.