Губы Стивена скользнули к ее уху.

— Может, пойдем наверх?

Непристойный намек рассеял туман, окутавший ее на какое-то мгновение. Потрясенная, Патриция широко открыла глаза, вырвалась из объятий Стивена и влепила ему звонкую пощечину. Ее глаза горели негодованием.

— Как вы смеете!

Стивен потер щеку, насмешливо глядя на нее.

— Что такое, дорогая? Я бы поверил в это маленькое представление, если бы не твой пылкий отклик на мои поцелуи. По-моему, ты довольно чувственная, ненасытная блудница! Сначала мне показалось… — он сделал короткую паузу, затем в его голосе зазвучала явная насмешка, — …что ты уже весьма пресыщенная особа, но оказалось, ты изголодалась по ласкам, не так ли, лапочка?

Его слова сильно задели Патрицию, но она сдержалась и, величественно выпрямившись, высокомерно произнесла:

— Сэр, кажется, я не приглашала вас в эту комнату, и если вы немедленно ее не покинете, я позову на помощь Сэлира, и тот выставит вас вон!

Стивен Керкленд прислонился спиной к двери и, скрестив руки на груди, вызывающе посмотрел на нее своими темно-синими глазами.

— Сэлир? Это тот огромный мавр, что стоит у двери?

Патриция кивнула. К этому времени она уже полностью пришла в себя, и ее лицо расплылось в удовлетворенной улыбке.

— А вы знаете, как мавры поступают с теми, кто пристает к женщинам? — Она сочувственно покачала головой, ее глаза скользнули по его ногам.

— Хочешь сказать, что ты — женщина Сэлира?

Патриция никак не могла понять, почему ее так задевают слова этого типа. Она всегда считала себя спокойной и уравновешенной, но сейчас с удовольствием расцарапала бы его самодовольную физиономию. Как ему удается вызвать в ней чувства, о которых она сама не подозревала?

— Я не являюсь чьей-либо женщиной, мистер Керкленд, но Сэлир всегда готов меня защитить.

К досаде Патриции, в уголках его темно-синих глаз вновь собрались морщинки, а губы скривились в плутовской усмешке.

— Учитывая твою профессию, — сказал он, — ему, вероятно, приходится немало трудиться.

Ее глаза вспыхнули негодованием от его намека.

— Какую профессию вы имеете в виду, сэр? — Чувствовалось, что она с трудом сдерживает гнев.

— Древнейшую и, я бы добавил, самую нужную в мире, — сказал он с обезоруживающей улыбкой. Зеленые глаза Патриции сделались ледяными.

— Так, значит, вы считаете меня проституткой, мистер Керкленд?

Стивен поднял руки, насмешливо протестуя.

— Разумеется, нет, лапочка. Скорее куртизанкой или дамой полусвета. Возможно, чьей-то любовницей или наложницей, но только не проституткой. Поцелуй, что доставил нам обоим такое огромное удовольствие, нельзя купить за деньги.

Патриция покачала головой и презрительно посмотрела на Стивена.

— Вы несносны, мистер Керкленд. Это не публичный дом. По-видимому, вы не обратили внимания на то, что я здесь единственная женщина. Это игорное заведение. Если вам нужны другие развлечения, отправляйтесь в порт.

Ее слова вызвали у Стивена удивление, но он его скрыл за небрежной улыбкой. Он и впрямь не заметил, когда вошел, что в зале, кроме Патриции, не было других женщин.

— Значит, вы не предлагаете никаких других услуг? — Он пожал плечами. — А я подумал было, что вы занимаетесь еще кое-чем помимо пения.

— Я управляю этим заведением, мистер Керкленд, — ответила Патриция, стиснув зубы, и оценивающе посмотрела на него. Очевидно, он достаточно богат. — Если вас интересует игра, может быть, вы подниметесь наверх в одну из комнат?

— Вместе с вами? — Он снова вопросительно приподнял брови, явно давая понять, что имеет в виду вовсе не карточную игру.