Она терпеть не могла, когда он кричал. Джо никогда, не поднимал на нее руку, но ему и не нужно было. Он был большим и мускулистым, и его гнев мог быть таким мощным, что одного того гнева хватало, чтобы заставить ее подчиняться. Она буквально вжалась в сиденье и закрыла глаза.

– Какое ему дело до того, сработает лечение или нет? – горячился Джо. – Софи ему не дочь. Она ему никто. У тебя искаженное представление о нем.

Не открывая глаз, Жаннин прислонилась виском к окну. Она не ошибалась по поводу Лукаса, хотя и перекрутила немного факты. На самом деле о лечении она узнала именно от Лукаса; она, наверное, никогда не услышала бы о нем, если бы он не сказал ей.

Лукас услышал короткое объявление по радио о каком-то исследователе, который ищет детей, готовых пройти альтернативное лечение детской болезни почек. Жаннин позвонила по названному номеру и узнала, что терапия проводится с помощью травяного лекарства, которое вводится внутривенно. Когда она позвонила родителям и Джо и рассказала, что хочет, чтобы Софи прошла курс лечения травяным препаратом, они отказались даже обсуждать это с ней. Они настаивали, чтобы Софи прошла очередной курс лечения Джона Хопкинса с применением еще одного ужасно токсичного медикамента, который если не убьет ее, то, возможно, поможет.

У травяного же препарата, по заверению доктора Шеффера, побочных явлений не было. И действительно, очень скоро Софи почувствовала себя намного лучше. Но даже в этом случае Жаннин не сразу доверилась доктору. Шеффер был немного странным, невыразительным, немногословным человеком и казался слишком неуверенным в себе для того, чтобы проводить какое-либо лечение, но она проверила его образование, а также узнала, что в прошлом он уже провел кое-какие не очень значительные исследования и его гипотеза подтвердилась. Она предположила, что он относится к тому типу людей, которые, несмотря на свою невзрачность и неубедительность, гениальны.

Лукас провел для нее самостоятельное исследование используемых трав и сказал, что, возможно, Шеффер изобрел нечто стоящее. Она сидела с ним в его домике на дереве и изучала все, что появлялось на экране монитора, в то время как он искал в Интернете информацию о каждом растении и переводил научные тексты на понятный ей язык. Лукас был единственным человеком, с которым она могла спокойно поговорить об этом курсе лечения, он не смеялся над этой идеей, а, наоборот, поддерживал.

Ее родители и Джо не стали даже рассматривать подход Шеффера как вариант.

И только после очередного кризиса, который пришлось пережить Софи, кризиса, который, как говорили врачи, означал конец ее жизни, Жаннин сделала то, чего не делала уже много лет: она восстала против Джо и родителей, этой могучей правящей тройки, и начала лечение Софи по новой системе за их спинами. Их ярость не заставила себя долго ждать, и, если бы не Лукас, Жаннин отступила бы. Он освободил ее от чувства вины и вернул твердость характера. Вот только к чему привела ее эта твердость характера? К чему это привело Софи?

Когда-то давно Джо ценил в Жаннин независимость и бесстрашие. Они знали друг друга с первого класса начальной школы, и тогда Джо часто восхищался ее пацанством, духом соперничества и храбростью. Их отношения изменились лишь в последние школьные годы. Это произошло, когда Жаннин стала привлекать Джо не только как девчонка, которая может выиграть любое состязание и примет любой вызов. Они стали встречаться и очень быстро превратились в постоянную парочку. Он становился все менее терпимым к бунтарской стороне ее характера, и ему все больше хотелось видеть в ней такую же спокойную, верную и женственную девушку, с которыми встречались его близкие друзья. Хотя был все-таки один плюс в этой ее необузданности – несдержанная сексуальность Жаннин. Она захотела потерять девственность, и Джо был более чем рад угодить ей.