– Должна заметить, что в этом вы не одиноки, – сказала Калли, помолчав. – Лично меня как бы не замечают даже те мужчины, которые ежедневно не только провожают маслеными взглядами симпатичных девушек, но и при случае норовят познакомиться с ними поближе.

– Осмелюсь возразить вам на это, Калли, что я в конце концов обратил на вас внимание, – прокашлявшись, сказал Доминик.

В зависшей после этого оправдания в кабине тишине вновь явственно почувствовалось странное напряжение.

– Вас вынудили к этому обстоятельства, – наконец промолвила Калли подчеркнуто безразличным тоном. – В такой тесноте вам было бы трудно меня проигнорировать. – Она рассмеялась и добавила: – Может быть, это и есть мой счастливый лотерейный билетик! Ведь в этом кромешном мраке поневоле придется пренебречь моей внешностью и удовлетвориться внутренним содержанием.

– Но я не нахожу никаких изъянов в вашей внешности, – вполне серьезно сказал он и, попытавшись нарисовать ее мысленный портрет, понял, к своему стыду, что она права.

Ему вспомнилось только ее сосредоточенное лицо, обрамленное каштановыми локонами, и ровным счетом ничего больше, вместо фигуры в памяти зиял черный квадрат. От мозговых потуг у него вспотели затылок и лоб. Окажись на его месте любой другой мужчина, он бы не преминул отметить ее располагающую улыбку, проницательный ум и забавную манеру поддерживать непринужденный разговор. Струйки пота потекли уже по спине Доминика. Он прокашлялся и сказал:

– Итак, допустим, что вы заманили этого незнакомца в свое такси. Но он застенчиво улыбнулся и уставился в окно… Как же в такой ситуации поведете себя вы? – В ожидании ответа Доминик напрягся.

– Естественно, я тоже не пророню ни слова! К чему заводить с ним беседу о погоде, спорте, последнем скандале в Белом доме или же пытаться комментировать редакционную статью в свежем номере газеты «Пост»? Чтобы в ответ услышать в лучшем случае несколько вежливых слов? Это вряд ли можно расценить как удачный флирт!

– Многое будет зависеть от характера ваших замечаний! – резонно возразил он.

Калли прыснула со смеху, и беспричинное ликование охватило Доминика в следующую секунду, словно бы он выиграл миллион в лотерею или провернул крупную удачную аферу. Пожалуй, впервые в своей жизни он получал огромное удовлетворение от одного только нелепого спора с малознакомой ему женщиной. Из этого следовало, что содержание их беззлобной пикировки либо сама его собеседница кое-что для него все-таки значили. Выходит, не случайно он внутренне собрался уже при первых звуках ее голоса!

– Значит, вы предпочтете помалкивать, опасаясь в очередной раз испытать разочарование, не так ли? – спросил он. – Неужели вам не хватит духу попытать удачу?

– Ради чего? Все равно, в лучшем случае меня пошлют куда подальше, и я буду до конца поездки сгорать от стыда.

– Как можно судить о том, чего вы даже не пробовали?

– Вы заблуждаетесь! Я по самое горло сыта унижениями. Нет уж, увольте меня от роли соблазнительницы! Мне суждено пойти другим, надежным и проверенным, путем, хотя от него и попахивает нафталином.

– Вы снова меня заинтриговали! – умиленно отметил Доминик. – Не могли бы вы просветить меня относительно этого старого способа устроить свое личное счастье?

– Нет ничего проще! Нужно только позволить кому-то из своих близких друзей сосватать тебя одному из своих холостых родственников. После чего долго подбирать наряд для первого свидания, мучительно обдумывая при этом свое поведение, затем отправиться на скромный традиционный ужин с этим заплесневелым бобылем и весь вечер его слушать, утешаясь мыслью, что тебе не придется выковыривать застрявший в зубах шпинат, поскольку целоваться с этим дебилом на прощание ты не станешь.