Изменить размер шрифта - +
Но неужели она не прониклась магией этого вечера, прошедшего среди всей этой необыкновенной красоты, как бы окруженного историей? Внезапно он ощутил глубокую печаль. То, что ему кажется прекрасным, романтическим, у нее вызывает отвращение.

Сирина направилась в ванную.

— Я на минутку.

Миша тоже переоделся в купальный халат. Взгляд его снова упал на газеты. Теперь они аккуратно лежали на столе. Видимо, горничная приходила убирать в комнате. Он устроился поудобнее на кровати, развернул газеты. Начал с «Тайме». Просмотрел критику на концерты в «Ройал Алберт-холл». Внезапно знакомое имя привлекло его внимание.

«РЕТРОСПЕКТИВНАЯ ВЫСТАВКА САЙМОНА КЕРЗОНА ХЭМПТОНА

Куратор Перегрин Левери-Блант собрал впечатляющую коллекцию постмодернистских полотен покойного Саймона Керзона Хэмптона, выполненных в основном в начале девяностых годов, незадолго до скоропостижной и безвременной кончины художника.

Произведения Хэмптона — выпускника Итона и школы изящных искусств в Слейде — сейчас имеются во многих частных коллекциях, включая коллекцию Саачи в Лондоне.

Данная ретроспективная выставка подготовлена с помощью членов семьи художника, а также многих известных коллекционеров. Его брат Митчел Джеймс Хэмптон, в прошлом автогонщик, предоставил пять своих полотен. Отец, известный спортсмен Керзон Кэвендэр Хэмптон, владелец поместья Гастингс-Лодж в Суррее, также предоставил несколько картин. Мать художника, леди Изабел Этерингтон-Хокс, заявила, что в ее распоряжении нет ни одной картины, так как на нее они «действуют угнетающе». Она сейчас живет в Буэнос-Айресе, куда уехала после громкого скандала в тысяча девятьсот семьдесят втором году, оставив мужа и сыновей ради известного игрока в поло из Южной Америки, Энрике Родригеса.

Пять лет назад тело Хэмптона нашли недалеко от моста Верраза-но-Нэрроус в Нью-Йорке, куда он приехал для организации выставки своих работ в галерее Шульмана Лазара».

— Боже! — в ужасе прошептал Миша.

— Что такое?

На пороге появилась Сирина. Сразу заметила встревоженное выражение его лица. Он указал на газету:

— Тут о человеке, которого когда-то знала Вера. Она с ним встречалась. Такой… буян.

Под влиянием какого-то непонятного импульса Миша решил не рассказывать Сирине о том, что Саймон Хэмптон когда-то пытался его убить.

— Шутишь! Вера с ним встречалась?! — Она устроилась около него на кровати. — Дай посмотреть.

Миша рассеянно отдал ей газету, погруженный в свои мысли. Знает ли Вера о том, что Саймон мертв? Его пронзила дрожь при воспоминании о том нападении Саймона.

— Ух ты! — воскликнула Сирина. — Странно! Миша очнулся от задумчивости, взял у нее из рук газету, сложил. Положил на стол.

— Давай забудем про это.

— Конечно.

— А почему такой серьезный вид? Из-за этой статьи?

— Господи, конечно, нет. Я же его совсем не знала. Это… это… ничего особенного.

— Давай выкладывай. Что там у тебя на уме, в этой красивой головке?

— Я просто подумала… пока была в ванной. Я… мне осточертели заказы подобного рода.

— Ты имеешь в виду — такие, как этот?

— Именно. Я их терпеть не могу. И не только этот. Все остальные тоже. Я уже давно об этом думаю. Все время одно и то же. Знаменитости, показы мод… Меня от этого тошнит. И кроме того, я хочу уважения к своей работе.

— Но ведь всем нравятся твои снимки. Иначе почему бы с тобой заключили такой грандиозный контракт?

— Знаю. Но я больше не хочу угождать этим людям. Меня интересуют другие.

— Критики?

— Да, наверное.

Быстрый переход