А затем… в атаку бросился отряд, подобных которому в Калимдоре никто и никогда не видел. Он состоял не из кавалерии и не из полка закаленных солдат. Среди них нашелся ночной эльф, – правда только один, Джерод Песнь Теней, – и он возглавлял атаку верхом на своем саблезубе.

Ронин покачал головой, едва способный осознать увиденное.

– Он ведет защитников Калимдора против клина!

Кенарий следовал за ночным эльфом, позади него шли два повелителя медведей – Урсок и Урсол, если Ронин правильно помнил. Над ними летела та, кто, согласно рассказам Краса, должна была быть Авианой, Повелительницей Птиц. Следом появилось существо, похожее на крылатую пантеру с почти человеческими руками, а за ним – воин-рептилия с панцирем, напоминающий черепаший. Это была лишь первая волна из нескольких десятков существ, и Ронин даже не мог сказать, видел ли он раньше большинство из них. Маг не знал ни имен, ни титулов, но лучше других чувствовал, что вся их мощь направлена против приближающихся демонов.

И почувствовав эту силу, заклинатель с надеждой улыбнулся.

– Мы должны подготовить Лунную Стражу! – скомандовал он. – Забудьте про клин! Концентрируйтесь только на атакующих заклинаниях Легиона! – Ронин ухмыльнулся еще шире. – Прокля́тый Джерод! Только у него хватило бы наивности отдать приказ полубогам сражаться с ним во главе и выйти сухим из воды! – Затем настроение заклинателя омрачилось, едва он вспомнил обо всем, что Легион обрушивал на защитников. – Надеюсь, их силы будет достаточно…

– Вперед! – без надобности выкрикнул Джерод. Его взгляду предстали полчища инферналов и других демонов. Он молча отдался на милость Элуны и приготовился умереть. Все, на что рассчитывал капитан, это своим безумным поступком хоть как-то задержать наступление врага на время, достаточное для свершения хоть какого-нибудь чуда.

Инферналы были воплощением первобытной силы. Они существовали лишь для того, чтобы сокрушать, бить и ломать любые препятствия – живые или нет, – стоящие у них на пути. Заклинания чернокнижников и других темных заклинателей Легиона делали их практически непреодолимой силой.

До тех пор, пока они не столкнулись с отрядом Джерода.

Для Кенария и ему подобных защитные заклинания эредаров были пустым местом, поскольку полубоги владели природной магией своего мира практически с самого его зарождения. Они разорвали щит, словно тот был соткан из воздуха… а затем сделали то же самое с инферналами, что стояли за ним.

Именно Агамагган был тем, кто промчался через них. Вепрь оказался гораздо более толстокожим, чем каменные демоны, и одним махом вспорол как землю, так и их самих. Огромные клыки пронзили стража Скверны, отбросив останки в сторону. Страж ужаса парил сверху, пытаясь вогнать копье в гигантского вепря, но те, кто пытался пробиться сквозь смертельные заросли шипов, покрывающих спину Агамаггана, сами оказывались пронзенными насквозь.

Мертвые демоны все еще свисали с его гривы, когда полубог развернулся, опрокидывая других инферналов. Те оказались разбросаны и полностью обескуражены, ведь это все вовсе не походило на то восхитительное разорение, которое они обычно учиняли. Их разгром в свою очередь вызвал еще большее недоумение среди стражей Скверны, никогда прежде не сталкивавшихся с тем, что их передовые силы оказались разгромлены подчистую.

Стражи ужаса продолжали нападать на вепря, который давил ногами и калечил клыками стражей Скверны, приветствуя каждого безрассудного врага ликующим фырканьем. Глаза Агамаггана ярко горели, когда он расчищал перед собой путь, оставляя позади ужасающие свидетельства своей мощи.