Черт, он начинал чувствовать личную заинтересованность в ней, и это, несомненно, было ошибкой.

Он снова просмотрел отчет об уликах и остановился в середине страницы, где упоминалась цепь, маленькая цепь, не та большая, которой приковывалась жертва, а крошечная цепочка с медальоном. Медальоном святой. Лаборатория поработала над ней и определила, что это святая Сесилия. Медальон оставили на месте преступления, обгоревшим и свисающим с головки душа, как и говорила Оливия Бенчет. Сесилия. По словам Оливии Бенчет, убийца так называл жертву.

Он проверил еще раз. Действительно, на медальоне, найденном на жертве возле статуи, была святая Жанна д'Арк, что имело смысл, но на Кэти Адамс в Гарден-дистрикт нашли медальон святой Марии Магдалены. Не совпадает. Для чего вообще все это? Он заметил, что ранее упустил еще кое-что: казалось, у каждой женщины была выбрита часть головы. Он не установил связи, так как у Кэти Адамс была побрита вся голова, но сейчас, когда он перечитал рапорт патологоанатома, ему казалось странным, что обе женщины потеряли почти квадратный дюйм волос, прежде чем сгорели их тела. Либо убийца сделал это сам, взяв трофей, или же они обе принадлежали к какому-нибудь таинственному культу, что было маловероятно.

В подсознании Бенца вертелась какая-то мысль, очень важная, хотя он не мог понять, в чем она заключается. Все это должно иметь какое-то отношение к религиозным убийствам... но, дьявол, в чем же тут дело?

Зазвонил телефон, и он потерял мысль, переключившись на разговор с помощником окружного прокурора о поножовщине у канала неподалеку от казино. Ну а с размышлениями о том, что случилось с Сесилией, придется подождать.

...Кристи сбросила рюкзак на пол. Она уже сходила в бассейн – раньше обычного, – и ей нужны были следующие полчаса, чтобы подготовиться к встрече с Брайаном на занятии у Заростера. Затем ей придется учиться. Завтра у нее будет тест по психологии и письменная работа по английскому, несомненно, короткий тест по дурацкой математике и письменная работа по философии. Все это перед тем, как она уедет на День благодарения.

И... что еще важнее... она должна снова встретиться с Брайаном. Он был непреклонен в том, чтобы они провели воскресенье за учебой, так как хотел увидеться с ней вечером до ее отъезда домой.

Она не могла поверить, как им удалось поладить, – что ж, после того как она преодолела свою злость и мастерски разбила его в дартс. Ей было интересно, не поддавался ли он, и не следовало ли ей настоять на том, чтобы он стал ее рабом или что-нибудь еще в этом роде в качестве компенсации. Вместо этого она довольствовалась роскошным ужином и сказала ему, что он все еще ее должник... В этот момент он предложил «вдвойне или ничего», и она ухватилась за возможность взять над ним верх. В этом была ее проблема – она была спортсменкой в душе и любила соревноваться. Кроме того... вдвойне или ничего без всяких правил – это звучало очень интересно... даже опасно.

Он отличался от всех парней, с которыми она встречалась раньше. Гораздо более зрелый, глубокий, даже задумчивый. Они провели большую часть субботнего вечера вместе. Разговаривали, пили и ласкали друг друга. Она узнала, что он вырос неподалеку от Чикаго, учился в университете Нотр-Дам и пришел в колледж Всех Святых писать дипломную работу. Он был многосторонним человеком, не простоватым мальчишкой, единственной мечтой которого было жениться. Завести детей, желательно мальчиков, которые будут играть в футбол и в один прекрасный день унаследуют кровельный бизнес своего отца.

Она переросла Джея, это было очевидно.