— Куда его тянешь? Погоди! Еще не все! Он не отбашлял! — вцепилась другая в своего партнера руками и ногами.

— Подожди малость!

— Линяй скорей! Менты!

— Скрываемся! Шухер! — кинулись к окнам. Но притон был заранее взят в кольцо.

— Документы! — требовала милиция жестко, вглядываясь в лица, искала кого-то.

Всех подозрительных, без документов, затолкали в дежурную машину и повезли в отделение милиции, чтобы там разобраться с каждым в отдельности

— И с чего это они сорвались, как с цепи? — сетовала Софка, опечалившись. Она не знала, что у милиции на эту проверку были все основания.

В городе вспыхнула волна преступлений. Каждый день ограбления, насилие, а в последние два дня появились и трупы.

Это вывело милицию из терпения, и по городу пошли облавы, начались дежурства, патрулирование улиц, пошли повальные проверки всех злачных мест.

Со всех концов Орла привозили в райотдел каждого подозрительного. Не всегда доверяли документам. На многих делались запросы.

За неделю все камеры были переполнены. Одних после проверки отпускали. На их место вскоре привозили новых.

— Вот этого особо прощупать надо! — кивнул сержант на крепкого мужика, взятого в притоне Софки.

— А что он отмочил? — глянул лейтенант на указанного человека.

— Слинять хотел в окно! А потом махаться вздумал! Ну мы этой пташке популярно и показали, кто он есть! — крутнул в руках резиновую дубинку.

— Разберемся! А пока сунь его вниз. Пусть остынет! — распорядился лейтенант. И мужика втолкнули в холодную сырую подвальную камеру. Вспомнили о нем лишь на пятый день. Мужик уже с трудом волочил ноги.

— Кто будешь? Откуда? Выкладывай сам! И каждое слово будет проверено! — предупредили заранее.

— Бомж я! Уже два года!…

— Хватит! Бомжи по притонам не ходят!…

— Припекло, как мужик мужику колюсь!

— Кончай, бомжей лишь на пузо припекает!

— Мне обломилось зашибить на станции, на разгрузке леса. Вагоны разгружали.

— У них свои грузчики без работы. Пятый месяц без получки. В их кассе уже от вида денег отвыкли, — осек лейтенант, спросив строго: — Как в Орле оказался? С кем? Где промышлял?

Мужик отвернулся от булки с маслом, стакана чая, принесенных лейтенанту дежурным:

— Бомж я! Больше сказать нечего!

— Верните его в камеру. Пусть вспомнит. Когда захочет рассказать о родословной, позовете ко мне! — распорядился лейтенант. И точно так же поговорил с двумя другими.

Вскоре, отсеяв всех проверенных, милиция оставила у себя пятерых. Эти не могли подтвердить свою личность или не хотели. Их не били, не оскорбляли, не водили на допросы к следователю. Их просто забыли.

Молчаливая охрана изредка заглядывала в «волчки». Убедившись, что живы, уходила от дверей, ни о чем не спросив.

Еще через три дня сломался первый из задержанных:

— Крутой я! Кличка моя такая. Гулял по городу. Вместе с братанами. Никому нигде хвост не прищемил!

— Где жил?

— Нигде и везде!

— Откуда сам?

— Из Москвы.

— Как у нас оказался?

— К братану приехал. Вместе служили в Чечне. Думал, у него поживу. А он женился. Пришлось самому. В одиночку…

— Почему в Москву не вернулся?

— Я там никому не нужен, — опустил голову.

— А здесь что, родню нашел?

— Пусть не родня… Зато вместе.