Ее учащенное дыхание эхом раздавалось между ними.

— Ты — Заклинатель. — Даже голос ее звучал иначе. Слабо. Хрипло.

— Да. — Если б он только мог приручить ведьм с той же легкостью, что и плотоядных зверей, ничего из этого не пригодилось бы. — Чего ты боишься?

«Не вмешивайся», — проинструктировал Элайджа. — «Просто займись своим делом».

— Что из тебя высосут кровь? — добавил он.

«Отлично получается», — прозвучал сухой комментарий.

— Если ты не знаешь среди своих никого, кто может и…

Райли вошел в небольшую комнату и, прислонившись к закрытой двери, прорычал:

— Спокойно, ведьма. Тебе дали шанс сотрудничать с нами. Ты отказалась. Теперь, что бы с тобой ни сделали, пожинай последствия.

Калеб сильно разволновался, как только увидел ведьму такой ослабевшей, вздыхал и сопел, а теперь и вовсе зарычал на волка.

«Она может говорить, если хочет! Эйден, мужик, ты не можешь ее оставить вот так. Ты должен спасти ее».

«Да что с тобой?» — вмешался Джулиан. — «Спасти ее?»

«Посмотри на нее. Она больна. Ей нужна помощь. Знаю, я помог придумать этот план, но это было до того, как я увидел ее такой».

— Мы спасем ее, — пробормотал Эйден. — Потом. — Пора покончить с этим. Он поднял взгляд. Виктория стояла напротив него, за ведьмой. — Готова? — беззвучно спросил он.

Она нервно кивнула.

— Спасете кого? — требовательно спросила ведьма. — Меня? Это не поможет спастись тебе самому. Особенно после всего, что ты наделал.

«Эйден! Ты бы не допустил ничего подобного, если бы твоя девушка-вампир была связана,» — произнес Калеб, — «и не желала уступать. Отпусти ведьму. Пожалуйста».

«Почему ты так печешься об этой ведьме?» — спросил Элайджа. — «И даже о других. С тех пор, как они подступились к нам и наложили свое смертельное проклятие, тебя влекло к ним, как их к Эйдену».

«Не знаю», — ответ прозвучал отчаянно. — «Я только знаю, что не хочу, чтобы ей навредили».

Эйден подозревал, что ведьмы были частью прошлого Калеба. Более того, эта ведьмочка напряглась, когда он упомянул парня, вселяющегося в чужие тела.

— Возможно, мы сможем узнать, — ответил он. И если уж на то пошло, ему вроде как нужно было сотрудничество Калеба. А он обещал разузнать, кем были души при жизни. Обещал помочь исполнить последнее желание и отпустить их, несмотря на то, что будет страшно скучать по ним, несмотря на то, что хотел удержать. — Поищем информацию о тебе изнутри.

— Изнутри? — переспросила ведьма, пытаясь вырваться из пут. — Что вы задумали? Какого дьявола вы задумали? Навредите мне, мои сестры выследят вас и наложат заклинание боли, ужасной боли. И на ваши семьи тоже! Вы слышите меня? — От движений вверх-вниз грохотал стул.

— Я же говорил, что не собираюсь вредить тебе, — сказал он. На самом деле, она все равно уже угрожала отжучить его, так что новые угрозы прошли мимо цели.

«Насчет этого не уверен», — засомневался Калеб. — «Вдруг мы изменим ее прошлое, и эти перемены убьют ее?»

— Будем осторожны, но нам придется это сделать. Часы тикают, сроки горят, помнишь? У нас нет выбора.

Пауза. Затем:

«Ладно, давай. Но ни в коем случае не навреди ей.