— Ты не тронешь ее! Слышишь меня? Сначала я убью тебя.

— Я тебя слышу. Я уверен, тебе тяжело будет пережить подобную угрозу, раз уж ты мертв и все такое. — Ему не стоило поддерживать разговор, но он, в самом деле, надеялся, что Томас смирится с тем, кто он есть, и успокоится. — Для справки, у меня нет цели причинять боль твоей сестре.

Наступила тяжелая пауза. Преходящая, как всегда.

— Я хочу уйти. Почему я не могу уйти?

— Чтобы уйти из этого мира, тебе придется посмертно сделать то, о чем ты жалеешь, что не сделал при жизни, — ответил Эйден, повернувшись. Это он знал наверняка, учитывая тот факт, что именно так он потерял милую, заботливую Еву.

Томас скрестил руки на груди.

— Мое последнее желание было убить тебя.

— Тогда полагаю, мы застрянем друг с другом надолго, потому что ты не можешь держать оружие. — Эйден покрутил кран, напор воды уменьшился, затем прекратился. Он шагнул из кабинки и схватил полотенце.

Томас продолжал разглагольствовать, но Эйден легко отключился. И не из-за всякого лечения.

По пути домой Дэн велел ему продолжать принимать новые таблетки, чтобы предотвратить панику наподобие вчерашней. Он даже проводил Эйдена в комнату и проследил, чтобы тот положил маленькие белые таблетки на язык и сглотнул. Конечно, как только Дэн ушел, Эйден тут же выплюнул их в мусорку. Ему нужно лучше раскладывать все по полочкам, чтобы не быть рассеянным, как сегодня в лесу с Шенноном. Или может быть, он просто был слишком занят, чтобы слушать.

Что доктор Хеннесси с ним сделал? Он чуть было не обмолвился Дэну о гипнозе, но передумал, когда Дэн стал сторонником операции «прими свои таблетки».

Нахмурившись, Эйден осмотрел себя и обернул полотенце вокруг талии. Он неслышно прошел по коридору в свою спальню. Она была пуста. Где Шеннон? Он слышал бормотание из других комнат, где-то сердитое, но двери были закрыты и он не мог сказать, кто с кем дрался. Поздно вечером парни обычно уединялись с соседями по комнате и расслаблялись.

Со вздохом Эйден оделся в привычные джинсы и футболку.

— Ты снова уходишь? — проскрежетал Томас, требуя его внимания. Призрак вышагивал из одного конца комнаты в другой. — Куда ты идешь? Ты не можешь оставить меня здесь!

«Надень что-нибудь сексуальное», — сказал Калеб. — «Мы увидимся с Викторией».

«Оставь его в покое», — ответил Элайджа. — «У нас есть более важные дела. Хочу сказать, на самом деле, важные. Никто не вспоминал несколько дней о родителях Эйдена. Их поиск принесет пользу всем нам».

Его родители. Ему удалось «предать их забвению» за несколько дней. Эффект от слов Элайджи был такой, словно его толкнули под мчащийся автобус.

Они бросили Эйдена, когда тот был совсем крохой, и с тех пор не интересовались им. Он до сих пор ненавидел их за это. Ему нужно поговорить с ними как можно скорее. Они могли знать, почему он был таким. У них могли быть родственники, такие же, как он.

Более того, ему все-таки лучше поискать попутно информацию об Элайдже, Калебе и Джулиане. Кем они были, и о чем желали в последнюю минуту. Тогда он сможет освободить их, если они все еще хотели уйти.

«Тебе не терпится уйти или что?» — спросил Джулиан телепата.

Эйден страшился этого разговора, слишком боялся ответов.

«Да. Нет. Не знаю. Мне просто любопытно, кем я был. Может, как и Ева, я знал родителей Эйдена. Может, я сделал что-то прекрасное в жизни. Было бы… здорово узнать. И, по крайней мере, чем больше мы узнаем о способностях Эйдена, тем лучше будем вооружены, чтобы помочь ему разобраться со всем, что происходит с ним в последнее время».