- Нет-нет, я не собираюсь сражаться по очереди с каждым из вас до тех пор, пока в конце концов кому-нибудь не удастся наконец лишить меня головы. Поищите себе другую мишень для издевок. Я вами сыт по горло.

 Офицер снова занес руку, собираясь еще раз ударить его, но на этот раз Солдат перехватил удар и, в свою очередь, сам что есть силы ткнул кулаком в лицо кавалеристу. Тот отлетел назад. Из разбитого носа хлынуло почти столько же крови, сколько из отрубленной руки Каффа.

 - Ах ты фвинья! - воскликнул кавалерийский офицер, давясь собственной слюной. - Фейчаф я тебя убью!

 Но в его товарищах еще остались крупицы чести, и они его сдержали. В первую очередь требовалось отвести раненого к лекарю. Кто-то, подобрав руку с мечом, завернул ее в плащ, после чего офицеры, поддерживая Каффа, направились к городским воротам.

 Велион облегченно вздохнула. Все это время молодая женщина держала руку на рукоятке меча, готовая сразиться с гутрумитскими офицерами.

 - Какое-то мгновение мне казалось, что нам придется пробиваться с боем. Ладно, что дальше? Это ведь, как-никак, капитан имперской гвардии!

 - А я муж сестры королевы. Теперь, когда наш брак перестал быть никчемной формальностью, ко мне будут относиться гораздо серьезнее. Кафф больше не посмеет напасть на меня в открытую. Ему придется действовать либо из-за угла, либо где-нибудь в укромном месте, подальше от любопытных глаз.

 - Что ж, следи за тем, что у тебя в тылу, Солдат.

 Улыбнувшись, Солдат похлопал Велион по плечу.

 - Велион, спасибо за то, что пришла.

 - Конечно, ты дал мне совсем мало времени на сборы, - улыбнулась она, - но я не напрасно встала так рано. Ну а теперь мне пора назад. Вечером я заступаю на дежурство. Береги себя.

 - Постараюсь.

 С этими словами они расстались. Солдат направился в город, а молодая женщина повернула к красным шатрам. Прилетевший ворон начал издеваться над Солдатом.

 - Ну что, надеюсь, ты доволен? Я все видел. Ты едва не потерял свой кочан.

 - Но все же не потерял, ведь так?

 - В следующий раз я выклюю твои замечательные голубые глаза. Разумеется, с сожалением, но ведь не пропадать же добру?

 - Я постараюсь, чтобы следующего раза не было.

 - Кафф будет упражняться левой рукой, а затем снова вызовет тебя на поединок.

 Солдат недовольно поморщился.

 - Пусть вызывает сколько душе угодно, я больше не клюну на его приманку. С меня достаточно. А теперь говори, что тебе удалось разузнать насчет мальчишки-колдуна и его матери Утеллены. С ними все в порядке?

 Вытерев клюв о тунику Солдата, ворон сказал:

 - Они словно сквозь землю провалились.

 Солдат кивнул.

 - Несомненно, Утеллена решила спрятаться. Ее сын по-прежнему в очень уязвимом положении. Когда он вырастет и станет полноценным волшебником, он сможет сам постоять за себя, но до тех пор мальчишка останется легкой добычей тех, кто идет по его следу.

 - Если верить словам женщины.

 - Что ты хочешь сказать, ворон?

 - Я хочу сказать, быть может, за мальчишкой никто не охотится? Что, если у этой женщины есть другие причины скрываться?

 Солдат пожал плечами.

 - Какие, например?

 - Если бы я знал, то не стал бы сеять сомнение в твоей душе, правда? Я бы сообщил тебе факты.

 - По-моему, ворон, ты ошибаешься. Утеллена - милая, добрая женщина.

 Ворон продолжал сомневаться.

 - Все боятся детей колдунов, даже если тем и суждено вырасти в волшебников. Следовательно, ты не должен доверять и его мамаше. Она продаст душу ради своего единственного ребенка, как на ее месте поступила бы любая другая мать.