Его блудливый взгляд скользнул по ее шее и остановился на губах.

– Многого. У меня богатая фантазия, – ответил Ридли голосом, хриплым от джина и похоти.

– Будь ты проклят! – крикнула Аллегра, вскидывая руку, чтобы ударить его по лицу и стереть с него эту мерзкую, сальную ухмылку. Но в эту минуту силы окончательно покинули ее, и рука сама собой опустилась. Она в отчаянии заморгала, борясь со слабостью и подступающей тошнотой.

– Обопритесь на меня, мисс. – Бриггс обнял ее за талию; если бы не его сильная рука, она бы упала.

Ридли рассмеялся:

– Вы всегда остаетесь безупречным джентльменом, не так ли, Бриггс? Не сомневаюсь, что вы бы на моем месте приняли вызов Кромптона. – Бриггс сжал зубы и промолчал. Ридли опять рассмеялся. – Что ж, посмотрим, удастся ли мне уговорить Кромптона не передавать дело в суд. А вы отвезите это существо домой. – Он втянул носом воздух и поморщился. – И ради Бога, проследите, чтобы она приняла ванну!

Глава 3

Аллегра бессильно опустилась на сиденье кареты Ридли и закрыла глаза. Она ощущала себя глубоко несчастной и чувствовала, что воля ее, всегда такая сильная, начинает ослабевать. От голода у нее темнело в глазах, руки и ноги дрожали. Рубцы на спине горели, и все тело ныло от усталости. Но хуже всего было то, что у нее, кажется, начинались галлюцинации. Господи, ей казалось, что до нее доносится запах пищи.

– Вот, мисс Аллегра, возьмите.

Аллегра открыла глаза и почувствовала, что карета трогается с места. Управляющий Ридли, Бриггс, сидел напротив нее и улыбался. В руке он держал пирог с мясом, завернутый в белоснежную салфетку.

– Я взял это со стола сэра Генри, но не думаю, что он заметит пропажу.

Аллегра была так голодна, что только молча кивнула в знак признательности. Выхватив пирог из руки Бриггса, она расправилась с ним в считанные минуты, почти не жуя, – так не терпелось ей наполнить свой пустой желудок. Наконец девушка, задыхаясь, проглотила последнюю корку, слизнула с пальцев мясной сок и, испустив глубокий вздох, откинулась на спинку сиденья и благодарно улыбнулась Бриггсу:

– Спасибо вам, сэр.

– В Бэньярд-Холле вас, конечно, тоже покормят, – сказал он, – но я полагал, что вам не помешает подкрепиться в пути.

Она впервые вгляделась в него. Очень приятный молодой человек с мягкими серыми глазами и серьезным, задумчивым лицом. Как и хозяин, он не носил парика, и его русые волосы были аккуратно перевязаны сзади; одежда его была сшита из более дешевого материала, чем у Ридли, и выдержана в мрачных, унылых тонах. Он походил на деревенского пастора – не хватало только стоячего белого воротничка.

– Вы самый добрый человек из всех, кого я встретила после того, как приехала в Англию, мистер Бриггс, – сказала Аллегра.

– Спасибо за комплимент, мисс. Должно быть, вы приехали из тропиков. У вас такой смуглый цвет лица… – Бриггс запнулся. Англичанки старались оберегать свою светлую кожу от лучей солнца.

– Да, вы правы, я приехала из Колоний, – подтвердила Аллегра. Больше она пока ничего не скажет ни ему, ни его хозяину. Девушка шевельнулась, пытаясь сесть поудобнее, и почувствовала, как по ее спине стекает струйка крови.

– Боюсь, я измазала кровью ваш камзол, – обронила она.

Бриггс на мгновение сжал зубы.

– Сэр Генри – просто варвар.

Аллегра рассмеялась:

– Сэр Генри – гордый человек, а я швырнула ему в лицо половину его обеда. Не знаю, что явилось для него большим оскорблением – уязвленная гордость или потеря жаркого.