— Во всяком случае, — добавил Лео, точно говоря с самим собой, — ты видела, что я настаивал до последней минуты… И если я тебя не провожаю, то только, как ты удачно выразилась, из боязни тебя скомпрометировать… Так что потом не вздумай меня упрекать, ведь… — Тут он осекся, — Карлы уже не было в комнате, она ушла в прихожую за шляпой. «Тем лучше, — подумал Лео. — Тебе приятно, и мне хорошо… В итоге все довольны».

Немного спустя Карла вернулась. Она была в плаще и шляпе, в руке держала зонтик. Она надела перчатку и, хмурясь, стала озабоченно, рыться в карманах, ища другую.

— Ничего не поделаешь, — сказала она наконец. — Наверно, я ее потеряла… Кстати, — подойдя поближе добавила она без тени смущения, — не найдется у тебя денег на такси? У меня нет ни лиры…

Пиджак Лео висел на стуле, стоявшем возле кровати. Он перегнулся, сунул руку в карман пиджака и выудил пригоршню серебряных монет.

— На, — сказал он, протягивая ей деньги.

Монеты перекочевали в ее карман. «Начинаю зарабатывать», — невольно подумала она. Подошла к кровати, наклонилась.

— Итак, до скорой встречи, дорогой, — почти нежно сказала она, точно желая загладить свою прежнюю резкость. Они поцеловались.

— Закрой хорошенько дверь, — крикнул ей вслед Лео. Он увидел, как она осторожно вышла из комнаты, и ждал, что сейчас хлопнет дверь, но не услышал ни малейшего шума. Тогда он потушил свет, повернулся к стене и сразу же снова заснул.

XI

Туманные фигуры знакомых, приснившиеся Лео рано утром, когда уже ярко светит солнце и его лучи со всех сторон проникают в неубранную комнату, точно вода в тонущий корабль, то появлялись, то исчезали… Карла, Микеле, Мариаграция вели себя с веселой непристойностью, но лица их расплывались, словно их растопил проникавший снаружи свет. И хотя Лео еще спал, правда не так уж крепко, он отчаянно пытался их удержать. «Я не должен просыпаться. Не должен», — бессознательно повторял он. Однако откуда-то издалека его звал слабый, мелодичный голос. «Лео, Лео, проснись, это я». Он все же уверил себя, что это только сон. И, упрямо жмуря глаза, накрывшись с головой одеялом, надеялся, что сейчас эта минутная путаница кончится и он снова окунется в чудесное, глубокое море сновидений… Но кто-то звал его все более отчетливо, с легким упреком, и чья-то рука легла на его плечо. Тогда он открыл глаза и увидел Мариаграцию.

Вначале он решил, что это ему померещилось. Пригляделся. Да, это, несомненно, была его прежняя любовница — в сером костюме с меховой горжеткой на шее и большой шляпой на голове. Она стояла возле кровати. Ночной мрак совсем улетучился из спальни, день обещал быть чудесным, блики солнца уже лежали на пыльной, темной мебели.

— Ты? Как ты сюда попала? — удивился он.

— Пришла передать тебе записку, — ответила Мариаграция. — Увидела, что дверь открыта, и вошла.

Лео удивленно посмотрел на нее. «Дверь была открыта? — подумал он. — А, ну да… это все Карла». Он зевнул и без стеснения потянулся.

— Что же ты хотела мне сказать?

Мариаграция села на кровать и сразу очутилась в тени, которую прорезали лучи солнца, пробивавшиеся сквозь прутья жалюзи.

— Собиралась тебе позвонить, — начала она. — Но мы уже два месяца не платили налоги, и нам отключили телефон. Вчера вечером ты обещал, что мы увидимся завтра… Но потом я передумала… Сегодня после полудня ты свободен?

Лео обхватил руками колени.