Я невольно пожалел Верунчика. Ее сутенер Афанасий заставлял девушку торчать, в ресторане с утра до ночи, хотя в «дневную смену» подцепить клиента шансов практически нет. Спрос на «ночных бабочек» начинается поздним вечером, да и то ближе к закрытию ресторана.

— Привет! — махнул я рукой.

Она кисло улыбнулась, кивнула. Знала, что я не из разряда клиентов.

Внезапно я понял, что одно дело — сидеть в одиночестве в зале ресторана и слушать чужие разговоры, но совсем другое — просто поболтать со знакомым человеком. Разрядиться в пустопорожнем разговоре, чтобы снять душевный дискомфорт, вызванный визитом Ремишевского, сейчас просто необходимо.

— Есть хочешь? — спросил я.

Она одарила меня все еще недовольным взглядом, но тут же расцвела в благодарной улыбке.

— Ага!

Верунчик подхватилась из-за столика и быстренько перебралась ко мне.

— Ух ты! — обрадовано сказала она, усаживаясь в пластиковое кресло. — У тебя здесь тепло, солнышко греет, а я, дура, сидела в тени…

Появился официант. Валера. Что хорошего переняли у Запада в «Chicago», так то, что за завсегдатаями закрепляли конкретных официантов. Где бы я ни сел, меня обслуживал только Валера.

— Добрый день, — поздоровался он.

— Здравствуй, Валера. Значит, закусочку как всегда, но на двоих.

Валера кивнул.

— Салатики из свежих, надеюсь, грунтовых, овощей? — Я выразительно покосился на двух кавказцев.

— Да.

— Хорошо… Икорку красную, не на бутербродах, а просто так, в блюдечке.

— Масло отдельно? — уточнил Валера.

— Да.

— А как же селедка в красном вине? — с некоторым сомнением спросил он. Мои вкусы он знал, и это блюдо практически всегда стояло на столе.

— Какие разговоры? Неси.

Валера неодобрительно покрутил головой, но кивнул.

Согласен с ним, селедка и красная икра — блюда несовместимые, но малосольная селедка, вымоченная в красном вине, имеет настолько специфический вкус, что это блюдо трудно отнести к рыбным.

— Может, тебе черную икру? — обратился я к Верунчику.

— Коньячку бы… — просительно протянула она, заглядывая мне в глаза.

— Обойдешься. Я — за рулем, а ты — на работе.

Валера сдержанно улыбнулся, но тут же спрятал улыбку.

— Грейпфрутовый сок, натуральный, а не напиток из него, — сказал я, покосился на Верунчика и спросил Валеру: — Что из горячего порекомендуешь?

— Шурпу из свежей баранины в горшочке, — теперь уже Валера кивнул в сторону кавказцев.

— Уговорил. Верунчику горячее — в первую очередь, а мне попозже.

Официант развернулся, чтобы уйти, но я его остановил.

— Послушай, Валера, я часто слышу от тебя: свежее это, свежее то… Скажи честно: у вас что, никогда не готовят блюда из залежалых продуктов?

Валера расслабился, улыбнулся и, наклонившись ко мне, доверительно сказал:

— Случается, Артем.