Ох, а что, если бы я прямо сейчас взяла его за волосы и прижала бы к…

О боже, что это за мысли у тебя, Лина?!

– Но тебе придётся меня видеть и терпеть, – говорит Гай, вырывая меня из мыслей, которые заставили кровь прилить к щекам. – По крайней мере, до послезавтра точно. Потому что послезавтра мы едем знакомиться с моим отцом.

Глава 30

Только он может таким тоном выдать подобные слова, совершенно не учитывая то, как я могу на них отреагировать. Возможно, ему даже казалось, что я попрыгаю на месте от счастья.

Но я от услышанного лишь выпучиваю глаза:

– Ты, наверное, шутишь? – У меня автоматически хмурятся брови.

– Нет, я вполне серьёзно.

– И ты не хочешь спросить меня? Что я думаю на этот счёт, например.

Его губ касается лёгкая полуухмылка-полуулыбка. Я даже немного радуюсь тому, что часто вижу такое выражение лица, чего было крайне мало, когда мы только познакомились. Но потом я, конечно же, прихожу в себя и слышу, как внутренний голос осуждает меня словами: «Ты же не забыла, что обижена на него?»

– Если честно, поздно менять планы, – говорит Гай. – Отец уже ждёт нас, а он из тех людей, кто презирает отсутствие пунктуальности.

– А меня разве это как-то касается? – бросаю я сквозь зубы.

– Ты ведь моя девушка теперь.

– И что? Я отказываюсь быть твоей девушкой!

Он чуть наклоняет голову набок, глядя мне в глаза с интересом и даже какой-то насмешкой. Почти не моргает.

– Вот как? – поднимает он брови.

– Вот так! – отвечаю я.

Кого я пытаюсь обманывать, когда прикладываю усилия, чтобы скрыть судорожный вздох? Для этого Гаю достаточно было встать, приблизиться и коснуться пальцами моего подбородка. Я всё ещё сижу на кровати, а он стоит, возвышаясь надо мной. Он ведь и без того выше меня, а сейчас я и вовсе почти нахожусь на уровне его торса.

– А если я поцелую тебя? – спрашивает Гай.

– В смысле? – хриплю я.

– Могу ли я искупить вину поцелуем?

Непонятно как, я вдруг ухмыляюсь, отвечая:

– Так уверен в неотразимости своего поцелуя?

– Можем проверить, насколько это правда.

Ох, и Гай действительно наклоняется ниже, опираясь руками на кровать по бокам от меня. Я оказываюсь в его ловушке. Смотрю на его губы, хотя ругаю себя за это.

Нельзя, не надо, не глупи, отвернись, оттолкни, в конце концов, отверни голову…

Но по мере того, как его красивое лицо приближается, по мере того, как отчётливо я ощущаю этот головокружительный запах, я бездумно иду навстречу, не смея пошевелиться, и с замиранием сердца ожидаю того, как наши губы встретятся…

Пока он вдруг не отстраняется.

– Уже решено, Каталина, – говорит он как ни в чём не бывало. – Мы едем к отцу послезавтра. И лучше тебе с этим фактом просто смириться.

Едва сдерживаюсь от разочарованного вздоха из-за несостоявшегося поцелуя. Он меня дразнит? И когда я поднимаю на него свой взгляд, Гай ухмыляется, а в глазах горит довольство собой и видом, который он застал.

Я тут же меняю выражение лица и пытаюсь злиться. Ну или делать вид, что всё ещё злюсь. А потом смиряюсь с предстоящим.

– Ложись спать, – произносит Гай. – Я постираю твоё платье, и к утру оно высохнет. Только тогда ты сможешь вернуться домой.

– Постираешь? – удивляюсь я. – Ты?

– Да. Вместе с твоим чудесным бельём. Ведь ты и его намочила…

Я краснею, горю, вот-вот сожгу всё вокруг.