– В тот период времени вы проживали вместе?

– Да. Ив наших отношениях были и взлеты и падения, пока наконец мы оба не почувствовали, что нам нужно разойтись в разные стороны. Что мы и сделали.

– И никаких обид?

– Нет.

– Кто кого оставил?

– Насколько я помню, это была обоюдная инициатива.

– А чья была идея разъехаться?

– Я думаю… В общем‑то, я не помню точно, но, кажется, моя.

– Значит, когда ваша связь десять лет тому назад прервалась, ни у кого из вас не осталось чувства неловкости от факта расставания?

– Нет.

– А сейчас вы чувствуете себя неловко?

– Конечно, – пояснил Сандерс, – поскольку характер наших нынешних отношений в корне отличается от того, что был десять лет назад.

– Вы подразумеваете то, что мисс Джонсон теперь стала вашим начальником?

– Да.

– Вас это рассердило? Я имею в виду ее назначение.

– Немного.

– Совсем немного? Или все‑таки сильнее, чем немного?

Фернандес выпрямилась и собралась было запротестовать, но Мерфи метнула в ее сторону предупреждающий взгляд, так что та только подставила под подбородок сложенные кулаки и промолчала.

– У меня было много разных чувств, – сказал Сандерс. – Я был и расстроен, и разочарован, и смущен, и обеспокоен…

– То есть хотя вы и испытывали много разных противоречивых чувств, вы тем не менее уверены, что ни при каких обстоятельствах не предусматривали возможность вступить с мисс Джонсон тем вечером в интимные отношения?

– Да, уверен.

– Вам это и в голову не приходило?

– Нет, не приходило.

Пауза. Хеллер порылся в своих бумагах и снова поднял глаза:

– Вы ведь женаты, не так ли, мистер Сандерс?

– Да, женат.

– Звонили ли вы вашей жене для того, чтобы сказать, что у вас будет поздняя встреча?

– Да.

– Рассказали ли вы ей, с кем собираетесь встретиться?

– Нет.

– Отчего же?

– Моя жена ревнует меня к моим прежним знакомым. У меня не было желания заставлять ее нервничать или тревожиться.

– Вы хотите сказать, что, если бы вы сообщили ей о встрече с мисс Джонсон, она могла бы подумать, что решили возобновить вашу сексуальную связь?

– Я не знаю, что она могла бы подумать, – огрызнулся Сандерс.

– Но, во всяком случае, вы не стали говорить супруге о мисс Джонсон.

– Нет, не стал.

– А что же вы ей сказали?

– Я сказал ей, что мне предстоит поздняя встреча и что я приеду домой поздно.

– Как поздно?

– Я сказал, что встреча продлится до ужина, а то и позже.

– Ясно. А что, мисс Джонсон предлагала вам поужинать?

– Нет…

– Значит, когда вы звонили своей жене, вы предполагали, что ваша встреча с мисс Джонсон затянется допоздна?

– Нет, – ответил Сандерс, – я не предполагал. Но я не знал точно, когда освобожусь. А моей жене не понравилось бы, если бы я позвонил ей, сказал, что задерживаюсь на час, а через некоторое время позвонил бы снова и заявил, что задерживаюсь уже на два часа. Это бы ее рассердило, так что намного проще было, если бы я просто сказал, что буду после ужина. Она бы не дожидалась меня, а если бы я вернулся домой раньше – что же, тем лучше.

– Это ваша обычная практика в отношениях с женой?

– Да.

– Ничего необычного?..

– Нет.