– Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее в нашей роскошной комнате отдыха для пациентов, – объявил ИИ.

Амелия вдохнула резкий запах антисептика и отбеливателя. Осторожно, стараясь не потревожить капельницу, прикрепленную к руке прозрачной трубкой, она медленно легла на больничную койку – продолговатую капсулу без крышки. Внутри нее размещалась пружинящая мягкая оболочка, подстраивающаяся под контуры тела, но Амелии все равно было зябко. Слабый холодок вытягивал тепло из обнаженной кожи рук, ног и затылка. Она чувствовала себя донельзя уязвимой, незащищенной.

Особенно в присутствии двух солдат, стоявших на страже у входа. Они замерли, как часовые, с импульсными пистолетами в кобурах на боку, с винтовками на изготовку в руках. Их форма была угольно серого цвета с эмблемой Коалиции на правом плече.

Слева стояла женщина охранник лет двадцати пяти, с мышино коричневыми волосами, собранными в тугой хвост. Среднего роста, среднего телосложения, совсем непримечательная внешне. Ее легко не заметить, легко забыть. Она не слишком походила на солдата, но, возможно, в этом и было ее преимущество. Вероятно, она способна удивить так же, как и Уиллоу.

Второй охранник, напротив, выглядел солдатом во всем. Широкие, прямые плечи, чисто выбритое, угловатое лицо, изборожденное слабыми морщинками у поразительно зеленых глаз. Его кожа имела глубокий оливковый оттенок, темно каштановые волосы казались почти черными и были коротко подстрижены. Застывшая челюсть, напряженный и неподвижный взгляд, устремленный куда то поверх головы Амелии.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась она.

– Здравствуйте, – ответила женщина слева. Охранник справа едва кивнул, по прежнему не встречая взгляда Амелии. Солдат до мозга костей.

– О, ты здесь! – промурлыкал знакомый голос. Вера вошла в палату, хлопая в ладоши и расплываясь в широкой улыбке. Сегодня она была в лавандовом платье длиной до колена, расшитом крошечными золотыми пуговицами, и в замшевых туфлях на трехдюймовых каблуках. В мочках ушей у нее поблескивали жемчужные серьги.

– Только посмотрите! Ни капли косметики, а выглядишь так, будто тебе место в голоэкране! За исключением волос, конечно.

Амелия проигнорировала тонкий укол Веры и любезно улыбнулась.

– Спасибо, – сказала она, потому что этого от нее ожидали. – Где мой отец?

Вера бросила взгляд на свой смартфлекс, смахнула картинку щелчком пальца и посмотрела на Амелию с еще одной ослепительно белой улыбкой.

– Появится в любой момент. Не волнуйся ни о чем! Мы сейчас поставим тебе виталичип – он точно тебе понравится! Я обожаю свой. Он делает практически все, кроме чистки зубов, а потом мы начнем. Ты в восторге? Я просто не могу описать, что сейчас чувствую… – ее голос прервался, когда раздался еще один писк, и она снова перевела взгляд на смартфлекс.

– Зачем мне караул? – Спросила Амелия.

– Амелия, милая, они тебя не караулят. Они тебя защищают. Ты – ценный актив, сама знаешь. Очень важная персона.

– Понятно. – Правда, Амелия не была уверена, что правильно поняла ее слова. Поэтому сменила тему. – Когда я смогу увидеть своего друга и брата? Прошло уже два дня.

– Мне поручено привести их к тебе, как только они выйдут из карантина. Ни о чем не переживай! – Вера снова хлопнула в ладоши. – А вот и наш специалист.

В палату стремительно вошел медтехник, а за ним – медбот. Не похожий даже отдаленно на человека, медбот сверкал хромом и сталью, его многосуставчатые руки, как у насекомого, кишели скальпелями, зажимами, шприцами и другими медицинскими инструментами.

Техник, невысокий лысеющий мужчина лет сорока, опустился на вращающийся стул рядом с Амелией.