Я пожал плечами.

Зрачки расширились так, что глаза казались черными. Дел долго изучала меня с жадной напряженностью, потом ее взгляд стал поспокойнее. Ответ на главный вопрос она нашла, но многого еще не понимала.

— Люди Умира не убили тебя потому что были уверены, что ты уже мертв. Поэтому твое появление так испугало их.

Я снова пожал плечами.

— Почти угадала.

Она растерялась.

— Ты не поехал со мной из гордости? Или ты действительно не мог?

Я ухмыльнулся.

— Почти угадала, — сообщил я и тут же прикусил язык. Ее лицо побелело, а когда наши взгляды встретились, я испугался. — Я бы не умер, — торопливо начал я ее успокаивать. — Чоса не позволил бы мне умереть. Люди Умира могли убить меня, но Чоса не причинил бы мне вреда. Ему слишком дорого мое тело.

— Если бы он победил, ты уже не был бы Тигром, — тихо сказала она.

Я пожал плечами.

— Наверное нет.

— Я уехала, чтобы заставить тебя подняться, — прошептала она с отрешенным видом.

— Я знаю это.

— Я думала, что ты поедешь за мной.

— И это знаю.

— Но ты мог умереть… потому что у тебя не хватило бы сил даже забраться на лошадь, — голубые глаза расширились и я увидел в них бесконечное отчаяние. — Что же я сделала с тобой?

— Ничего, — я снова отвернул жеребца от кобылы. — Все кончилось, Дел. Все это уже не имеет значения, потому что я здоров, и я все еще я.

— Точно?

Я выгнул одну бровь.

— Я докажу тебе это позже.

Она не улыбнулась намеку.

— Тигр…

— Я просто познакомился с парой трюков.

— А он? — не успокаивалась Дел, хотя я уже сжал бока гнедого и заставил его отправиться дальше на Юг. — Чоса тоже познакомился с парой трюков?

Я покачал головой, проводя жеребца боком мимо кобылы, чтобы он не смотрел на нее.

— Он их все уже знает.

Это была прохладная мягкая ночь и мы проводили ее соответственно. Полностью расслабившись, я лежал на спине и разглядывал звезды и луну. На мне была только набедренная повязка, влажное тело медленно высыхало. Я позабыл обо всех тревогах и сонно жмурился, но у Дел сна не было ни в одном глазу. Я никогда не понимал, почему женщину, полностью удовлетворенную жизнью, тянет на обсуждение мировых проблем, тогда как нормальный человек скорее позволил бы этому миру отчалить и сам уплыл бы вместе с ним.

Ее бедро касалось моего, одно плечо отдыхало на моей груди. Полежав немного, Дел перекатилась на бок. Бурнус собрался складками на изысканно длинных ногах, ткань плотно обтянула красивые бедра. Распущенные светлые волосы взъерошились и светились в темноте.

— О чем ты думаешь?

Аиды, типичный для женщины вопрос.

Я подумал не соврать ли, но Дел не была чрезмерно романтичной — в отличии от большинства женщин — и я решил, что правда не расстроит ее.

— Об Аббу.

— Аббу Бенсире? — переспросила она с оттенком недовольства. — Сейчас?

Может и ей не нужна была правда.

— Просто… ладно, забудь.

Но она снова прижалась ко мне. Одна рука коснулась моей груди и начала гладить шрамы — это вошло у Дел в привычку и я никогда не возражал, мне было приятно ощущать ее прикосновения.

— Тебе так хочется победить его?

— Никогда к этому не стремился… — буркнул я, заводя руку за голову.