— Дело не в этом, — прохрипел я. — Это не страх перед пещерами — я о нем уже забыл. Это… другое. Это… сила.

— Сила? — насторожилась она.

— Ты не чувствуешь ее?

— Есть какое-то странное ощущение.

Я кивнул.

— Это сила.

— Тебе плохо?

— Ты имеешь в виду… как обычно? — я пожал плечами. — Я так замерз, что больше ничего не чувствую.

Дел улыбнулась.

— Бедный Тигр. На мне, по крайней мере, бурнус Умира. Хочешь поделюсь?

Я хмыкнул.

— Оставь его себе. Я не любитель бисера и перьев, независимо от их цены.

— Хочешь пройти первым?

— Да, — я скользнул мимо нее, добрался до щели и шагнул к дневному свету.

И к Шака Обре.

— Аиды… — простонал я и упал на колени. Я уронил перевязь, ножны и меч, мучительно закашлялся. — О боги… Дел…

Она тоже вошла, сделала шаг и застыла. Изумленно осматриваясь, она с благоговением прошептала что-то на Высокогорном.

— …уходи… — выдохнул я, — убирайся… уходи…

Шака Обре был везде.

Сила сбивала с ног. Я попытался подняться, но мои судорожные толчки не к чему не привели. Я лежал на животе, вжавшись щекой в крупный светлый песок, и блеск ледяных кристаллов слепил меня. Закрыть глаза я не мог.

— …баска… — простонал я.

Дел не двигалась. Было светло почти как днем. Это и был день: мы стояли под открытым небом. Только я не мог взглянуть наверх, потому что не мог двигаться.

Пальцы сжались, руки дернулись, ноги зарылись в песок.

— Это Шака, — прошептала Дел.

Это я и сам знал.

— Шака везде.

Это я тоже знал.

— Я не вижу его, но он здесь. Я чувствую силу… — она шумно вдохнула. — Значит вот какой вкус у магии?

Откуда, в аиды, мне знать? Я был слишком занят попытками заставить легкие работать, чтобы думать о каком-то вкусе.

Дел опустилась на колени рядом со мной.

— Это Чоса, да?

— Шака, — прохрипел я. — Он знает… он знает о Чоса…

Теплая ладонь мягко коснулась моей спины.

— Ты можешь подняться? — тихо спросила Дел.

— Я так устал, что даже пытаться нет сил.

— Сейчас, — Дел обхватила мое плечо и попыталась меня поднять. — Я помогу…

И помогла. Я заставил себя приподняться и рухнул у стены. Камень замораживал спину, но отодвинуться я не мог. Я прижал подбородок к коленям и положил одну руку на живот. Мышцы соскучились без работы и очень хотели задергаться в судорогах.

— Мы принесли его сюда, — выдохнул я. — Чоса… мы принесли его сюда…

— Нам пришлось, — сказала она.

Я перекатил голову по острому камню.

— Мы совершили ошибку. Они разорвут меня на куски, Шака и Чоса… аиды, это ошибка.

— Тигр, — она коснулась моего колена. — Мы должны были прийти сюда. Ты не мог провести остаток жизни, сражаясь с мечом. Рано или поздно ты проиграл бы и Чоса захватил бы твое тело.

— Он меня уже захватил. Он захватил меня, а Шака его… — я скривился. — Не понимаешь? Один из них обязательно проиграет, а меня они зажали между собой.

— Я не могу поверить, что Шака рискнул бы тобой, — возмутилась Дел.