Дел расхохоталась.

— Стариком? — переспросила она. — Но ведь это уже случилось.

— Юг никогда тебя не примет, — парировал я, — да и я не соглашусь, что ты лучше меня. Да, ты хорошо танцуешь, но не лучше. — Я вздохнул. — И не забывай, баска, ты женщина. Ни один Южный танцор меча тебя не признает.

— Ты уже меня признаешь. И Аббу, — она вдруг нахмурилась. — Я так думаю. Или он только говорит, что признает в надежде обольстить меня комплиментами и затащить в свою постель, — она засунула прядь волос за ухо. — Мужчины часто так поступают.

— Потому что женщины часто на это покупаются, — я усмехнулся, встретив ее рассерженный взгляд, и начал заворачивать колено. — Жаль, что он не оставил нам свою лошадь.

— А ты ожидал, что он оставит нам лошадь? — изумилась Дел.

— Почему нет? Если остальные танцоры всего в дне пути отсюда, он мог бы дождаться их и вернуться в Искандар.

— Они не в дне пути, не знаю, кто уж там ближе, танцоры мечей или племена. Два дня как минимум из-за самума, — Дел помрачнела. — Ты помнишь?

— А что я должен помнить? — осторожно спросил я.

Волосы снова упали ей на глаза и она нетерпеливо откинула их.

— Ты развернул самум. Ты остановил ветер, песок… и отправил их обратно.

— Но я думал… — я нахмурился. Да, я ХОТЕЛ остановить самум, но не мог вспомнить, как мне это удалось. Дальше были только крики Чоса Деи, забравшегося ко мне в душу. — Ну и ладно, — наконец сказал я. — Если самум задержал их, у нас появился небольшой запас времени.

— Кроме того, если бы Аббу оставил нам лошадь, в их глазах он выглядел бы дураком.

— А ты считаешь, что Аббу Бенсир не может быть дураком? — заинтересовался я.

Дел долго и внимательно смотрела на меня. Лицо ее было непроницаемо, и только в глубине голубых глаз проскальзывало что-то живое — может веселье?

— Наверное может, — наконец объявила она со всей серьезностью. — Ведь вы с ним так похожи.

— Слушай, баска…

Она старательно изобразила удивление.

— А разве я не права? Конечно он старше — хотя намного ли, я не могу сказать, — аиды, ей было весело! — и он, конечно, мудрее, поскольку у него богаче жизненный опыт… но есть и удивительные схожести, — она собрала волосы и начала делить их на три части. — Ну может тому причиной только то, что вы учились у одного шодо.

— Я совсем не похож на Аббу! Ты слышала, каким тоном он спросил: я работаю на женщину? Как будто один этот вопрос оскорблял его, — я замолчал, увидев ее широко раскрытые глаза. — Ему нужно только затащить тебя в постель, потому что он считает, что только там ты можешь полностью раскрыть весь свой талант. Как большинство Южанок.

— Ты когда-то был таким же, — заметила Дел, продолжая заплетать косу.

Я хмуро покосился на нее.

— Я по-прежнему Южанин. Только из-за того, что я потащился через Границу, решив помочь тебе… — я не стал продолжать и хмуро уставился на колено. — Ну может теперь я действительно думаю несколько иначе и могу благодарить за это тебя, но я все равно Южанин. Кем еще я могу быть?

— А если не Южанин? — мягко спросила Дел, перевязывая шнурком конец косы. — Ты ведь так и не узнал правду у Салсет.

Я решительно завязал повязку на колене.