Изменить размер шрифта - +
Что у вас случилось?

Снаружи крутилось мельничное колесо, скрипели шестеренки и журчала река. В полях пели птицы, а ветер ласково шелестел листвой. Дом вслушивался изо всех сил, но не замечал ничего странного. На контрасте с шумным Аскалом деревенское спокойствие казалось чем-то невероятным.

Эндри переводил взгляд с одного лица на другое, придерживая дверь рукой. А затем он жестом указал на фермерский дом, к которому вела короткая дорожка. Это было полуразрушенное, покосившееся здание, наполовину скрытое кривыми яблонями. В нем явно никто не жил уже несколько лет, если не десятилетий.

– Мне нужно вам кое-что показать, – сказал Эндри. – Всем вам.

 

Глава 19. Вот что кости говорят

 

Сейчас же Корэйн чувствовала себя так, словно она по-прежнему бежала по лабиринту из живой изгороди и выбирала проходы наугад, не зная, что ее ждет за следующим поворотом. Ей оставалось лишь реагировать на происходящее и надеяться выжить. Не то чтобы это был идеальный расклад.

– Что там опять произошло? – пробормотала она, выходя из мельницы вслед за Эндри.

Утренний свет окутывал заброшенную ферму дымкой, а над кустами и заросшими травой полями стелился золотистый туман. Казалось, этот пейзаж сошел со сказочной картины. Корэйн он отчаянно не нравился. «Здесь слишком спокойно, слишком безопасно», – думала она, пристально вглядываясь в усеянную рытвинами дорогу. У нее было чувство, что на каждом шагу их подстерегают ловушки. Прежде чем покинуть мельницу, она повесила Веретенный клинок за спину, и теперь он впивался ей в плечи и поясницу, оставляя уже вполне заметные следы. Это не улучшало ей настроения.

Эндри стоял на пороге полуразрушенного дома и махал им рукой. Хотя половина крыши была на месте, она весьма походила на паутину. Другая половина здания стояла под открытым небом, будто проходивший мимо великан решил пробить потолок кулаком. По углам валялись ветхие доски и вывалившиеся из кладки камни; большую часть мебели давно украли, а оставшаяся была разломана, и только на очаге виднелся железный горшочек, наполовину врытый в золу. Все, что могло оказаться полезным, было рядами разложено на полу, словно готовый к бою взвод. «Эндри не терял времени даром».

Сораса принюхалась к содержимому горшочка, прищурив глаза. Следом за ней туда заглянула Корэйн и увидела на дне горстку отваренных костей. Казалось, что они излучают холод, несмотря на то что дом был залит теплым солнечным светом.

– Звериные, – пробормотала Сораса, по-прежнему щурясь. – Но свежие.

Эндри стоял на другой стороне комнаты, склонившись над грудой тряпья. Его смуглые щеки порозовели.

– Сначала я ее не заметил, – неуверенно проговорил он. – Я сильно шумел, но она ни разу не пошевелилась.

Корэйн напряглась и еще раз окинула гору тряпья взглядом, но так и не смогла понять, что под ней лежало. Ей показалось, что вместе с холодом от костей начал исходить тихий гул.

– Вы сказали «она»?

Эндри сглотнул комок.

– Я даже не знаю, жива ли…

– Она жива, – перебил его Дом, склонивший голову набок. Видимо, он действительно слышал их сердцебиение. По мнению Корэйн, это была одна из самых удивительных и жутких особенностей Древнего воина, хотя список оных стремительно рос.

Он присел на корточки, склонился над лохмотьями и сделал глубокий вдох, словно пес, пытающийся взять след. Затем он аккуратно откинул первый слой тряпья – лоскутное одеяло всех оттенков грязи. Между его ступнями возникла седая кучерявая голова, усеянная веточками, листьями и косичками, в которые были заплетены бусины. При ее виде Корэйн ощутила легкую судорогу, сама не зная почему.

Она сделала шаг вперед, чувствуя, как от усталости у нее дрожат колени.

Быстрый переход