К тому времени, когда садится солнце, мы убираем все обломки, что попали на крылья и на корпус самолета.

- Еще достаточно светло для полета – говорит Рид, залезая в кабину самолета.

- Вы уверены, что он взлетит? – спрашивает Сесилия.

- Сейчас мы это выясним – отвечает Рид – Залезай внутрь.

Сесилия поднимается, но Линден хватает ее за руку и говорит:

- Нет, любимая. Это не безопасно.

Она выхватывает руку и идет дальше.

- Оставайся здесь, если хочешь – говорит она – Я устала от тебя, ты всегда удерживаешь меня от всего.

- Любимая …

Она видит, что сделала ему больно и смягчается:

- Это будет весело – говорит она – Маленькое приключение.

Он тянет ее к себе, и она наклоняется вниз, а он поднимается на цыпочки, так чтобы их лбы могли касаться друг друга.

- Я почти потерял тебя однажды – говорит он.

- Ничего не произойдет – она целует его – Когда еще у нас будет шанс сделать что-то вроде этого?

Рида раздражает их поведение. Он запускает двигатель, и маленький пропеллер на носу самолета начинает вертеться, земля вибрирует, посылая волны через мое тело. Мы начинаем задыхаться.

- Трусы! – говорит он. Он садится в кресло пилота, и я поднимаюсь следом.

- Я иду! – говорю я. Сесть в полуразрушенный самолет и совершить полет без взлетной полосы, не самая сумасшедшая вещь, какую я испытывала на этой неделе.

- Нет взлетно-посадочной полосы – протестует Линден, пытаясь воззвать меня к разуму – И мой дядя не умеет летать…

Рид с грохотом закрывает дверь и гладит пустое место рядом с собой. В кабине так тесно, что не встанешь в полный рост. Очень много датчиков, больше чем я рассчитывала, и рычаги повернуты в разные стороны, но педали хотя бы отдаленно похожи на те, что в автомобилях.

- Ты можешь быть моим вторым пилотом – говорит он, показывая на сиденье рядом с ним.

От двигателя трясется весь самолет. Мое сердце колотится, но от предвкушения. Я хочу лететь за горизонт, как хочу сделать следующий вдох. Я всю жизнь провела на земле, глядя вверх. Я провела так много дней на батуте Дженны, достигая самых больших высот, каких могла. И теперь, когда я вкусила большую высоту, я не думаю, что это можно чем-то заменить.

Все-таки в словах Линдена есть смысл.

- Вы когда-нибудь летали? – спрашиваю я.

Рид выглядит обиженным.

- Я читал – говорит он – Я знаю все эти датчики и переключатели. И я летал раньше на самолетах, они все еще были популярны, когда я был мальчиком, ты же знаешь. Не смотри на меня так.

Сесилия стучит в дверь, и когда Рид открывает, она толкает ее, и входит, Линден идет следом за ней.

- Я уговорила его – говорит она.

Линден смотрит без особого энтузиазма.

- Это захватывает дух! – говорит Рид и гладит сиденье второго пилота, что было обещано мне – Лучший способ преодолеть страх, это взглянуть на него прямо, с лучшим видом.

После, Линден садится в кресло второго пилота. Сесилия запускает обе свои руки в его шевелюру, целует в макушку и что-то говорит низким голосом. Я вижу его нервную улыбку в отражении стекла. Здесь едва есть место для меня и Сесили и Рид говорит:

- Девочки вам лучше посидеть в салоне, на то время пока мы взлетаем.

Сесили и я идем через завесу, которая переносит нас в тесный пассажирский салон, и мы сидим друг напротив друга, касаясь коленями.