Изменить размер шрифта - +
А конкурент лишь один, зато сильный — сэр Уильям Гладстон, вернувшийся в политику представитель либеральной партии. И хотя формальным лидером её является Хартингтон, но королева больше доверяет всё-таки Гладстону. По-своему он «наш человек» так как ратует за то, чтобы больше не оказывать Оттоманской империи протекцию и поддержку. Он ещё в 1876 году призывал помочь Боснии, Герцеговине и Болгарии обрести автономию, а турецкую расу называл «один великий антигуманный экземпляр человеческого рода».

— Посмотрим, Андрей Алексеевич, каким будет его второй срок на посту премьер-министра. А то вдруг всё-таки Гартингтону доверят правление на этот раз.

— Мои информаторы сообщают, что Хартингтон не сможет собрать нормальный кабинет министров.

Меня, честно говоря, больше интересует как англичане начнут решать свои проблемы в колониях и доминионах. От этого зависит планирование действий Добровольческого Легиона в котором прошёл очередной выпуск. Ну и запас патронов и снарядов к нашему оружию. А всё остальное лишь вторично, а то и десятерично (если есть такая градация).

 

Глава 6

 

Глава шестая

 

Большой Парамуширский пожар по-своему потряс рынки мехов. По крайней мере зима на носу и многим людям замерещилось величайшее обезмехивание (согласно газетным статьям в разных странах). Ясен перец, что акции различных компаний, зарабатывающих на торговле шкурками пушистиков, подпрыгнули ненадолго. Совершенно случайным образом до этого мои брокеры затарились такими ценными бумаженциями и с удовольствием заработали мне солидные деньги на возникшей разнице. Тем паче, что из-за того, что сгорело добра аж в трёх больших деревянных складах именно у меня, то хоть какая-то компенсация.

— Андрей Алексеевич, ну как же так, — разохался русский вице-консул, искренне сочувствуя мне, — вы ведь всегда такой предусмотрительный были. Или на Парамушире местные не уследили? Искренне сочувствую вам.

— Благодарю вас, Александр Эпиктетович, за понимание. Как в народе говорят: «И на старуху бывает проруха!», вот и меня удар судьбы настиг не ко времени.

А что делать, если я проверяю всякие живинки в деле на самом себе, иначе никак. Конечно же на тех складах были всякие фуфловые ценности, типа некачественных мехов, да ещё и дешёвых, навроде позапрошлогодних беличьих и им подобных. Накупил по дешёвке где ни попадя, да забил ими те склады. А уж Поль Вермонт всю операцию по поджигу и сопутствующим «переживаниям» и провёл. Увы, особых заработков не случилось, но зато я для себя уяснил что нужно побольше рынок контролировать. Главное, что подтвердилось — именно слухи правят биржами и ценами на них. Заодно выяснилось, что контроль над слухосплетнями даже в Европе уже вполне исправно действует.

— Ничего страшного, любезный, после получения своей доли репараций у меня достаточно солидный свободный капитал образовался, так что не обеднею. И чуток отыграюсь на тех мехах, которые были скуплены. Другие-то склады на Парамушире целыми остались, так может отобью часть финансовых потерь.

Личный капитал удвоился по сравнению с концом 1875 года, да и лампочко-телефонно-целлулоидный бизнес приносит солидную и регулярную прибыль. Плюс, построены мощные предприятия и даже доля в Сан-Франциско имеется примерно в ⅛ от его размеров. Более сорока кварталов мне принадлежит со всеми потрохами и находится под контролем. Люди искренне верят (даже столпы общества), что я всё это делаю для своего величия. И созидание новой тихоокенской страны также мне необходимо, чтобы возвыситься. Гы-гы-гы и три компота впридачу, недотыкомоки! Вся инфраструктура нацелена на одно — обеспечение и увеличение Добровольческого Легиона, но сиё я не афиширую. Зато первое же применение принесло кучу бабла и земельные прибавки в виде порта в Адриатическом море. Галлиполь удержать явно не удастся, но может получится и с него капусты настричь?

— Андрей Алексеевич, я получил сообщение, что большую экспедицию на Клондайк-ривер нашим организовать не удалось.

Быстрый переход