В Лехиной голове вихрем пронеслась и логически замкнулась цепочка ассоциаций: немая девушка Алена – письма через Интернет – постоянная охрана – строгий влиятельный отец… Шатаясь, словно пьяный, он вернулся к столу, сгреб отливающий вороненой сталью «мосберг», в два шага приблизился к губастому, резко схватил его за волосы, рывком запрокинул голову и, кроша зубы, коротким ударом вогнал толстый ствол ружья в распялившийся в крике рот. Прохрипел, дыша жаром в перекошенное ужасом мясистое лицо:

 – Не дай Бог, если вы успели… сделать с девчонкой хоть что-нибудь! Не дай вам Бог, ур-роды! В расход пущу, в фарш!

 – Фа не тфогали мы ее, фафой кфянусь! – плюхая по стволу «мосберга» разбитыми губами, взмолился Вован. – Я фе гофофю, софирались пофрать малофть и фразу нафад отфезти, а фут фдфуг фы… фломифись.

 – У кого ключи от подвала? Говори, сука!

 – Не фадо клюфей, фам тофько задфифки!

 – Глаз с них не спускать… – процедил Леха и, уже не пытаясь сдерживать овладевший всем его существом порыв, с помповухой в руке со всех ног бросился по лестнице в подвал коттеджа.

 Едва внизу затихли гулкие шаги Реаниматора, в кармане Лобастого запиликал сотовый телефон.

 Браток достал трубку, взглянул сначала на номер рвущегося на связь абонента, затем на часы, которые показывали начало второго ночи, удивленно поиграл бровями и нажал кнопку с изображением молнии.

 – Алле, Колян! Ты че, блин, в такое время микрофонишь? В бане, что ли, угорел?

 – Не-а, тут другое, – сдавленным шепотом заговорщика произнес лучший друган Лобастого, тоже член мальцевской группировки. – Это… папа, случаем, не звонил? Никаких новостей не сообщал?

 – Нет вроде…

 – Так я и думал. Слышь, земеля, херня приключилась. Мочиловка с Тихим началась.

 – Гонишь! – обомлел Лобастый.

 – За базар отвечаю, в натуре. На коммерцев наших его торпеды внагляк наехали, тачку папиной биксы из автомата обстреляли, прикинь! А наши в ответ вроде виллу старика из гранатомета бомбанули. Есть уже жмурики… Толком пока ни хрена не ясно, из-за чего весь сыр-бор, но папа уверен в измене. Слышал я, подозревают или Слона, или вашего Реаниматора. Усекаешь тему?!

 – Атас, – только и смог ухнуть Лобастый и вдруг вспомнил о запертой в подвале похищенной порнобарыгами девушке, назвавшейся дочерью авторитета. – Значит, говоришь, с Тихим заморочки? – произнес он задумчиво, кусая губу.

 – Ну да! – подтвердил Колян. – Как думаешь насчет Лехи? Может он крысой оказаться или…

 – Теперь уже не знаю, – вспоминая явно странную, неадекватную реакцию бригадира на названное губастым охранником имя пленницы, медленно процедил Лобастый. – Слушай, мне сейчас некогда, братан, я очень занят. Давай я отзвоню тебе на трубу через часик-полтора. Может, к тому времени удастся надыбать кое-какую мулю. Есть у меня одно подозрение…

 – Ага, значит, не все так просто с бугром! Ну, лады, буду ждать звонка. Если че вдруг, то я тебе ничего не говорил, – скороговоркой бросил Колян и отключился.

 Лобастый убрал телефон и, нахмурившись, посмотрел на ведущую в подвал лестницу.

 – Кто звонил? – ковыряя в носу, поинтересовался ни черта не понявший из разговора Верзила.

 – Да так, кореш один, – поколебавшись секунду, ответил Лобастый. – Ты лучше за клиентами смотри.

 – А что за ними смотреть? – отмахнулся боевик, недобро зыркнув на трясущегося, покрывшегося от страха пятнами ссыкуна и пытающуюся сохранять хладнокровие связанную парочку амбалов.