— Кто там? — в панике крикнула я. — Сюда нельзя!

— Это я, милочка, не пугайся, — послышался голос Беатрис. — Вам много еще осталось? Я хочу на вас взглянуть.

— Нет, нет, — повторяла я, — пока еще нельзя. Я не готова.

Взволнованная Клэрис стояла возле меня со шпильками в руке, а я брала их одну за другой и подкалывала локоны, немного растрепавшиеся в картоне.

— Я спущусь, как только буду готова! — крикнула я. — Идите все вниз. Не ждите меня. Скажите Максиму, пусть не заходит ко мне.

— Максим внизу, — сказала Беатрис. — Он к нам заходил. Сказал, что стучался в дверь ванной комнаты, но вы не ответили. Не задерживайтесь, милочка, мы все умираем от любопытства, вы так заинтриговали нас. Вам, правда, не нужна моя помощь?

— Нет! — вскричала я нетерпеливо, окончательно теряя контроль над собой. — Уходите отсюда, идите вниз.

Ну почему ей понадобилось являться сюда и мешать нам именно в этот момент? Это выбило меня из колеи, я сама не понимала, что делаю. Я воткнула шпильку в волосы и сломала ее. Голос Беатрис затих, должно быть, она ушла. Интересно, довольна ли она своим восточным нарядом и удалось ли Джайлсу положить грим? Какая нелепость, весь этот маскарад. Зачем мы его затеяли, почему мы такие дети!

Я не узнавала лицо, глядящее на меня из зеркала. Глаза наверняка были больше, рот — тоньше, кожа — белей. Локоны легким облаком обрамляли лицо. Я внимательно рассмотрела эту незнакомку, затем улыбнулась новой, медленной улыбкой.

— О, Клэрис! — сказала я. — О, Клэрис!

Приподняв пальцами юбку, я сделала ей реверанс, оборки подмели пол. Она засмеялась, раскрасневшаяся от волнения, смущенная, но довольная. Я стала прохаживаться перед зеркалом, глядя на свое отражение.

— Отопри дверь, — сказала я. — Я иду вниз. Сбегай посмотри, все ли там.

Она повиновалась, все еще смеясь, а я приподняла подол платья и последовала за ней по коридору. Клэрис оглянулась на меня и поманила пальцем.

— Все спустились вниз, — шепнула она. — Мистер де Уинтер, и майор, и миссис Лейси. Только что пришел мистер Кроли. Они стоят все вместе в холле.

Я взглянула украдкой из-под арки на верху парадной лестницы. Да, все они были тут. Джайлс в белом арабском бурнусе с громким смехом показывал на висящий на поясе кинжал. Беатрис, закутанная в какую-то сверхъестественную зеленую хламиду и увешанная множеством свисающих чуть не до полу бус. Бедный Фрэнк, смущенный и немного нелепый в своей тельняшке и высоких рыбацких сапогах. Максим, единственный из всех, в обычном вечернем костюме.

— Не знаю, что она там делает, — услышала я его голос. — Она уже сто лет назад пошла в спальню. Который час, Фрэнк? С минуты на минуту на нас свалятся гости.

Оркестранты уже переоделись и заняли свои места на галерее. Один из них настраивал скрипку. Сыграл тихонько гамму, затем ущипнул струну. На портрет Кэролайн де Уинтер падал яркий свет.

Да, они точно скопировали платье по моему наброску. Рукава буфами, пояс, лента, шляпа с широкими мягкими полями, которую я держала в руке. Мои локоны были ее локонами, они обрамляли мое лицо в точности так же, как на картине. Никогда еще я не была так взволнована и так счастлива, так горда. Я помахала рукой скрипачу, затем приложила палец к губам, чтобы он молчал. Он улыбнулся и поклонился мне. Подошел по галерее под арку, где я стояла.

— Скажите барабанщику, чтобы он возвестил о моем появлении, — шепнула я. — Пусть он пробарабанит, ну, вы знаете, как, а потом объявит: — Мисс Кэролайн де Уинтер.

Он кивнул головой, он понял меня.