– А ведь может быть! Тот маяк…

– Нет, – прервала меня Рэдж. – Ты уж прости меня за резкость, но я теперь все понимаю. Я поверила, потому что очень хотела поверить. Попалась в ловушку, забыв, что словам грош цена! Я понимаю, что это за место…

– И что же?

– Это самое дно, место, где этот мир погиб, где впервые столкнулся с нашим… Дно морей.

Прозвучало не очень понятно, но, если вспомнить все, что рассказывала мне Таня, становится яснее. Получается, Рэдж тоже верит в теорию о столкновении двух планет – и это после десяти лет в мире-призраке! И тот колодец, та жуткая яма – это точка отсчета? Окей, это я еще могу понять. Но что за уродство там ползает?

Плевать, нас это уже не коснется…

– Рэдж, нам нужно только придумать, как пробить эту стену, дальше я найду обратную дорогу!

Забавно, но в этот момент я действительно себе верил… Я слишком любил ее, чтобы не верить мечтам.

А вот Рэдж мой оптимизм не разделяла, ее взгляд стал совсем уж усталым и печальным.

– Все кончено. Он победил, когда заманил сюда нас обоих… Когда показал тебя мне. Теперь только ты сможешь выйти, и только если я сделаю, что ему надо.

– Да нет же, Рэдж, нет, ты не права…

Вот только она как раз была права. Я понял это, когда услышал треск стекла. Жаль, что треснуло не стекло между нами, а одна из внешних стен тоннеля. Она не разлетелась на части, и трещины не распространились, а застыли на ней внушительных размеров паутиной. Однако даже в них начала просачиваться мутная вода – как последнее предупреждение…

– Нет! – крикнула Рэдж, обращаясь определенно не ко мне. – Не надо! Я сдаюсь, я все сделаю!

Такой подход как раз не нравился мне.

– Рэдж, не смей! Я не знаю, какая игра здесь ведется, но я не позволю использовать меня в ней!

– Ник, это не вопрос выбора, это вопрос жизни и смерти…

– Ну так я и не хочу жить, не такой ценой! Я уже пробовал без тебя… я точно знаю, что не смогу!

Но она меня не слушала. Я прекрасно знал этот взгляд Рэдж: она уже приняла решение, уперлась, и все мои аргументы теперь мало что для нее значили.

Точно такой же взгляд у нее был в день, когда она уехала от меня навсегда.

– Я не позволю ему тебя убить, и он это знает. Возможно, поэтому он и выбрал меня – как нечто новое, непонятное ему, подлежащее изучению. Мой отец заинтересовал его тем, что любил только себя. Я, пожалуй, приглянулась тем, что люблю кого-то больше себя.

– А мое мнение хоть какое-то значение имеет?

– Имеет, конечно, и я тебя понимаю… На твоем месте я бы на это не согласилась. Поэтому я вынуждена просить тебя… Ник, ты – все, что от нас осталось, и я хочу, чтобы ты жил! Я виновата в том, что со мной произошло…

– Перестань.

– Я виновата! – настаивала она, все больше нервничая. Ее взгляд постоянно метался от меня к трещинам на стене и обратно. – Ты предупреждал меня, ты был прав во всем… Это я не хотела слушать, я все испортила, родной! А ты живи, пожалуйста… Я не смогу смириться с тем, что ты умрешь из-за меня! Я тут тоже тогда умру!

– Рэдж, не надо…

– Иначе уже не будет. Я буду жить там, только если выживешь ты, или я прямо здесь и умру! Пожалуйста, Ник, я тебя умоляю…

Нашему невидимому зрителю надоело ждать, стекло затрещало снова. Я не обернулся, просто услышал за спиной отчетливый шум воды, и мне этого было достаточно.

А вот Рэдж все видела, она дышала чаще, ее состояние было похоже на паническую атаку.