Я оглянулся на Самойлова, и тот головой кивнул, дав понять, что он за всем проследит.

Под мой рассказ нашлось несколько бутылок лёгкого сухого вина, а в качестве закуски были предложены рыбные деликатесы, как я полагаю, приготовленные из нашего вчерашнего улова.

Кстати, если вам вдруг кто-то скажет, что малосольная стерлядка или осетрина горячего копчения плохо сочетается с сухим вином, не верьте! После целого дня, проведённого на свежем воздухе — за уши не оттащишь.

Рассказ я начал сразу с услышанного взрыва. И сильно развеселил всех, описывая вылет орла — могильника.

— И тут, представьте себе, появляется ЭТО! Крылья в шесть сажень, — развёл я руки, в одной из которых был уже пустой бокал, а во второй вилка с пластиком стерлядки.

— Гкхм-м! — показательно громко откашлялся ротмистр.

— Ну ладно, ладно, — примирительно заметил я, — Пусть будет пять!

Тут уже закашлялось сразу трое.

— Хорошо, четыре сажени, — заметно урезал я размеры осетра, — Не, господа, но там же явно больше трёх, — с обиженным видом протянул я бокал за добавкой, под общий ржач.

Традиция, однако. Правильного охотничьего рассказа без преувеличений не бывает…

Вот только смех за столом как рукой сняло, когда я про киргиза упомянул.

— Вы хотите сказать, что выход Тварей из-под купола спровоцировал киргиз? — уточнил ротмистр.

— Молодой шаман, — подтвердил я.

— А доказательства у вас какие-то имеются?

— Моё слово, и вот такая штука, найденная на месте пробоя, — вытащил я из нагрудного кармана остатки шаманского артефакта.

— А вот это уже аргумент, — взял в руки Удалов нашу находку, заодно показывая её офицерам, — Завтра же с утра отправлю гонцов в Младший Жуз. Очень мне интересно, как они объяснят действия своего соплеменника. А от вас, Владимир Васильевич, утром жду обстоятельный рапорт. Да, и завтра вечером никуда не уходите. С киргизами вместе будем разговаривать.

После этого наши вечерние посиделки заметно увяли, и вскоре офицеры стали откланиваться.

Вскоре и я откланялся. Дел полно — у меня ещё травы не разобраны.

— Владимир Васильевич, — окликнул меня штабс-ротмистр Васильков, — Хотел у вас поинтересоваться, что вы с мясом сурков собрались делать?

Хм, а ведь он меня явно поджидал, сидя на лавочке, и судя по паре окурков на земле, довольно долго.

— Представления не имею, но с удовольствием приму дружеский совет, — присел я рядом с ним на лавку.

— Похоже, вы не в курсе, что это мяско слегка способствует развитию магических способностей, — внимательно посмотрел он на мою реакцию.

— Про зайцев и медведей, вышедших из аномалий, слышал, а вот про сурков не довелось, — развёл я руками.

— Если хотите дружеский совет, то вот он — наши офицеры будут вам крайне признательны, если половину мяса вы оставите для питания магов, а вторую я вам помогу выгодно продать. И кстати, добудь кто из них сурка, и он тоже пойдёт в общий котёл.

— А почему бы не отдать мясо солдатам?

— Шутите, или цен не знаете?

— Второе.

— Мясо аномального сурка в полтора — два раза дороже телятины.

— Хм, а отчего бы тогда всё мясо нашим магам не оставить?

— Испортится. Даже на леднике. Да и не следует его чрезмерно долго хранить. Оно уже через неделю начнёт понемногу терять свои свойства, — буквально на лету убил он мою мысль о том, что уж мясо-то я смог бы так заморозить, что оно бы и год пролежало, а то и дольше.

Как мамонт в вечной мерзлоте.

— Тогда считайте, что мы договорились. Вот только как мой десятник к такому дележу отнесётся? — озадачился я вопросом, не окажусь ли я серьёзно должен своему десятку.