- Теодор сказал, что дядю выставили из нескольких стран Европы, - вспомнила Ольга.

- Из чего лично я делаю вывод простой и очевидный, он себя дискредитировал в некоторых областях. Он старался пристроить племянника на службу. Куда? - спросил Игорь обращаясь к Дмитрию.

- В армию, - сказал он. - Теодор и армия - страшная смесь. Потом он пристраивал его в министерство внутренних дел, но и туда такой экземпляр не возьмут.

- Армия и внутренние дела, - сказал Алик, - значит, шпионаж. То-то он русских не любит. Где он мог шпионить, провалиться, найти свитки, привезти их сюда.

- Последняя турецкая компания, - сказала Эл. - Дим, вывали Хофману эту версию, а я с чиновником поговорю.

- А я с Матильдой, - предложила Ольга.

- Нет. Рано и лучше я сама, тут нужно вызвать ее на откровенность, чтобы она это сказала. Матильда хоть со стороны и смотрится, как молодящаяся пожилая дама с сомнительным вкусом, но на самом деле она женщина не глупая и смелая, способная самостоятельно мыслить. Я возьму в союзницы Хасиму. Дмитрий передашь от меня фрау Хофман приглашение на чай, я позову фрау Лейдендорф, мы усядемся кружком в какой-нибудь дамской кофейне или чайной и сплетни потекут сами собой. Кстати, Дмитрий, что там за история с горшками? У Хасимы был заметен душевный трепет при виде твоей персоны. Не припомню, чтобы в нашей с тобой идее фигурировали горшки.

- Я добавил эту деталь сам, - сказал Дмитрий, как ни в чем не бывало, продолжая валяться на спине. - Неубедительны - дождь и ветер, даже дата. Вот горшки, свалившиеся на тротуар, - это ярое впечатление.

- И? Они сами упали?

- Нет, - сознался он. - Из-за этой глупости я не попал на базу и не встретился в Дубовым. Я сбивал горшки с окон Хофманов.

- Какие еще горшки? - спросил Игорь.

- Цветочные, которые здесь выставляют за окна со стороны улицы для красоты, - ответил Алик.

- Так вот где ты позавчера вечером обретался. Я думал, что ты потратил вечер на Диану, - сказал Игорь. - Ты вернулся мокрый и сердитый. Я думал, что вы поссорились.

- Думал он. Я трудился над своим имиджем прорицателя, - сказал ему Дмитрий.

- Как? Ночью? В темноте? - спросил Игорь.

- Уметь надо.

- Чем же ты их сбил? Камнями?

- Ты меня действительно считаешь глупым? Камни бы нашли и стекло можно выбить.

- И как?

- Потом когда-нибудь расскажу, не до горшков сейчас.

- Интригует, - сыронизировала Эл. - Итак, господа и дамы, давайте, определим приоритеты. Значит, интригой вокруг нашей экспедиции мы заниматься не будем, но… если что-то всплывет - обязательно ставьте меня в известность. Любой уличный мальчишка за несколько монет согласится отнести записку по адресу. В городе несколько дорогих отелей, будем ежедневно менять адрес для связи, а телеграфом будем пользоваться в крайних случаях. У нас всех будет такое расписание, чтобы мы знали, по какому адресу будет находиться любой из нас, но посторонним мы говорить не станем. Даже если заметят наши записки, на вычисления у них уйдет не меньше недели, а мы просто сменим тактику. Дома станем сливать некоторую информацию, а поскольку Ванхоффер не требует у меня отчета, я удивлюсь, если он вдруг его у меня потребует. Потребует, значит, занервничал. Нужно создать иллюзию, что поиски свитков - благообразный предлог, а на самом деле нам нужно что-то другое. Я обещала держать его в курсе, но он получит не больше информации, чем ему преподнесут наши слуги. Он будет пытаться получить комментарии и выдаст себя. Но если откровенно, мне бы не хотелось подозревать Франсин и Шарлоту, милые девушки. Я не вижу умысла в их действиях.