|
Чаще всего он тренировался в суете Московских улиц, где толкучка была достаточной, просто рай для таких исследований. Стараясь заранее проложить себе дорогу так, чтобы никого не задеть, он впервые стал вычленять падких на чужую силу людей. Чаще других ими оказывались старики, ребятишки всех возрастов и задумавшиеся юные девы субтильного сложения. Там же оказывались праздно шатающиеся туристы, которым все равно куда идти. Такие категории чаще других перебегали ему дорогу, словно чувствуя, что именно туда и можно. То, что для другого спорно, для Димки стало аксиомой.
И как это поможет ему найти ребенка? Дмитрий усмехнулся так, будто дотошный Игорь начал его пытать вопросами. Он представил мальчика и мысленно позвал его. Воля превратилась в поток, в воображении мелькнул образ маленького Франси, только он не выглядывал из-за занавески, как в первую встречу, а был погружен в темноту. Он хорошо помнил облик мальчика и даже запомнил запах молока, и некий зуд по коже, упрямый комок энергии, каким когда-то была Ника, дети отличались этим качеством силы. С воздействий Ники, точнее с сопротивления ее воздействиям и началась тренировка по улавливанию влияния. Ника всегда стремилась внушить ему симпатию к себе. Он яростно сопротивлялся, воздействуя на Нику едкими замечаниями, которые успешно выбивали ее из колеи, она ненадолго оставляла его в покое. Влюбленность девочки была лучшей тренировкой, какую можно было себе придумать в данном случае. Он ощутил сначала страх, потом тяжесть, замкнутость, темноту. Он тряхнул головой и встал. Он обошел квартиру метр за метром, домочадцы замирали с удивлением, потому что он не смотрел, он ходил с закрытыми глазами. Поиск ничего не дал. Он открыл глаза перед входной дверью. Та же сила заставила его выйти. На площадке он открыл глаза и увидел дворника в компании двух зевак. - Милейший, давно ли вы в подвал заглядывали? - спросил он. Дворник поклонился почтительно. - Сегодня не был, господин. А вот господа были. - А ключ у кого? - Так у хозяина. - А в подвале что? - Хранятся там разные мелочи. Дмитрий вернулся в квартиру. Прошел на кухню. Хасима со страданием на лице обратила к нему взор темных восточных глаз. - Вы выносили сегодня что-нибудь в подвал? - спросил он. - Сундук со старым платьем. Дмитрий улыбнулся ей, потом усмехнулся своей догадке и невероятной убежденности. - Он в сундуке. Началась суматоха и беготня, которую в подобных случаях любят устраивать женщины. Ему ничего не оставалось, как возвратиться в гостиную и сесть обратно в кресло. Он понял, что устал. Испытывая тяжесть в плечах и груди, сонливость и лень, он откинулся на спинку кресла и, кажется, отключился. Он открыл глаза, потому что напротив появился человек. Это был Хофман. - Это невероятно, - сказал он, протягивая ему руку для рукопожатия. - Спасибо. Мы искали три часа. Дмитрий в ответ пожал ему руку. - Это больше дедукция. - Но вы сразу сказали, что он в доме. Он спрятался от матери в сундук, не подозревая, что его вынесут в подвал. - Не ругайте его за шалость, он играл, - сказал Дмитрий. - Мы все сильно встревожились, так что наказывать его никто не станет. Разве что завтра, когда страсти улягутся, Хасима поговорит с ним, в целях воспитания. А сейчас ему все рады. - Думаю, он не напуган, - улыбнулся Дмитрий. - Ждал, небось, что его найдут. - Откуда вы знаете? Он заснул. А впрочем… - У меня в детстве была бабушка, я очень любил от нее прятаться. Однажды я просидел в сарае нашего загородного дома пять часов, но не вышел, так хотел, чтобы она меня нашла, - с улыбкой сказа Дмитрий. Профессор Хофман смотрел на Рагнара Гаруди, как на что-то трудно постижимое, этот человек с каждой встречей становился для него все большей загадкой. |
