- Диана, ужин, пожалуйста, - попросил Ванхоффер.

Ужин прошел в напряженном молчании, говорили натянуто. Диана едва смогла что-то съесть, Эдвин ради вежливости сидел за столом, смотрел в тарелку, но съесть тоже ничего не мог. Дмитрий нервно уплетал за обе щеки, не уделяя много внимания этикету за столом. Эл с достоинством молчала, спокойно пережевывая пищу. Диане казалось, что пространство вот-вот взорвется. Она не смотрела на Ванхоффера, с каждой минутой ощущая приближение чего-то страшного.

Ужин закончился. Ванхоффер поблагодарил, встал из-за стола и стал кланяться каждому, отдавая распоряжения.

- Диана, проверьте работу Эрика, он должен был получить новую сбрую для конюшни, узнайте у него, все ли в порядке. Вы, молодой человек, - сказал он Эдвину, - побудьте здесь. А вы Эл, поднимитесь со мной для беседы.

Он собрался уйти.

- Я могу пойти с вами? - спросил Дмитрий, он рассчитывал, что Эл привлечет его к делу.

- Нет, - мягко отказал Ванхоффер. - Вы вообще можете быть свободны. Эл доставят домой, можете не беспокоиться.

Холодная распорядительность Ванхоффера задела Дмитрия, он сделал вид, что уходит, но чуть не оскалился у дверей, так был зол. По сценарию такой ситуации Ванхоффер поступил, как предписано, разделив участников возможного заговора. Дмитрий заскочил в потемневший уже лестничный пролет и затаился там. Он не собирался уходить. В прохладе и темноте лестницы, он смог остыть и задумался над своими действиями. Он думал не о возможном будущем, а о прошлом. В голове то и дело возникала, как сигнал фраза: "Ну и денек!" Милые утренние наставления Эл по поводу возможных событий дня не сулили и десятой доли того, что стряслось. Дмитрий опять помрачнел. Он ощутил жесткость записной книжки в кармане, вспомнил, что читал ее в библиотеке и не прочел до конца, а день уже почти кончился. За оставшиеся три с половиной часа не может случиться больше, чем уже произошло.

Он шмыгнул с лестницы в библиотеку. Подошел к окну, но света было слишком мало. А почему он собственно должен уходить с базы или прятаться?! Его право - подождать командира. Дмитрий, чиркнув спичкой зажег газовый фонарь, открыл книжку и уставился на строчки текста. То, что казалось ему полнейшей белибердой, и набором фраз еще утром внезапно приобрело ясность. Не на сто процентов, конечно, но фразы касавшиеся смысла его части дня он увидел сразу. "Утро без ошибок". Единственное время, всего каких-то три часа, пока он не устроил Арнольду неприятность, заявившись к нему на лекцию. "Дом с часами - подсказка, человек напротив - совет". Как это относится к нему? Никак, ему не с чем связать намек. Есть еще Игорь, Оля, Алик и Эл. Кого-то могло коснуться это замечание. "2598". Это понятно. А может ли это быть годом отправки Эдвина? Парен опешил, когда Дмитрий точно назвал год. Цифры всплыли в памяти, будто кто-то памятку там оставил. "Длинная улица, северо-восток города, старая дорога". "Примета".

"Мальчик играет с родителями в старом сундуке. Книга спасает жизнь. Одиннадцатого двенадцатый решает судьбу одиннадцати".

Дмитрий стукнул себя книжкой по лбу.

- Почему я это не выучил? Просто проклятие какое-то. Почему только сейчас.

Он остановился, а что бы он тогда понял? За каждой фразой стояло событие. Бессмыслица оказывается описанием, но можно ли предвосхитить события, как узнать их по этим скудным намекам? Он бы ни за что не понял про мальчика и сундук. Однако, прочти он фразу в доме Хофманов или раньше, он еще быстрее бы нашел мальчишку. А стал бы искать? Дмитрий подумал. Да, совесть бы замучила, если бы не помог. Значит, должен был? Книга спасает жизнь. Эл шарахнула бандита сумкой, а там был приличного размера сверток с книгой.