- Тогда тебе сюда, пройдем и спустимся в кухню.

- Ты соображаешь быстрее меня, - похвалил он.

- Ты больше выпил. Я думала ты свалишься.

- Я? Ни в коем случае. Я пьянею ненадолго, быстро отхожу. К утру выветрится.

- А вот мне придется расплачиваться головной болью, - пожаловалась она.

- Выпьешь ас..пирин. А, ну его же еще не изобрели. Или уже открыли?

- Умолкни и ступай тише, - предупредила она, открывая перед ним другую дверь.

- Легко.

Они вошли в кухню. Диана зажгла лампу.

Он все же решился, поцеловал ее в щеку, так, из благодарности.

- Спокойной ночи. Вечер был чудесный, фройляйн Диана. Я сам найду, что можно съесть.

- Садись к столу. В этом времени женщина должна накормить мужчину, - сказала она.

Она шарила по полкам в поисках съестного. На столе появился окорок, сыр, масло, овощи.

- Да мы пируем. Я не съем все один. То есть съем, но мне одному не удобно.

Она повязала фартук, раздула огонь под маленькой конфоркой портативной плитки, которой пользовались дежурившие ночью. Скоро на сковороде шкворчала яичница с ломтиками свинины.

- Какой аромат, - протянул Дмитрий, чувствуя, как трезвеет.

Диана жевала ломтик сыра, наблюдая, как он ест. Этот парень ничего не делал наполовину. Она никогда не общалась с патрульными, не ее специфика, но этот человек не слишком подходил под определение патрульного. Он был совершенно адекватен и вел себя как завсегдатай этих мест. Он знал город, бегло общался на немецком, причем, вворачивая такие обороты, которые он видимо в голове переводил с другого языка. Она позволила ему разгуляться, ради научного интереса. При ней прежде никто из "гостей" так "не бузил", не заключал выигрышного пари, не напивался, не вытаскивал из фонтана пьяного, не пытался познакомиться с тем, кто летает на воздушном шаре и все за один вечер, длившемся не так уж долго. Она позволила ему потерять из виду друзей. Он не растерялся, не расстроился, не собирался их искать. Он это подстроил. На укоризненные замечания он вообще не реагировал. Не возражая ей и соглашаясь с упреками, он все равно творил, что хотел весь остаток вечера. Она увлеклась, наблюдая за ним, позволила себя повторно напоить, они веселились в фиакре. С ним было просто, беззаботно. Она мысленно повторила его имя: "Дмитрий". Русский с внешностью больше подходящей какому-нибудь восточному красавцу.

Ел он тоже вкусно.

- Изучаешь? - спросил он, облизывая губы, потом вспомнил о салфетке.

- Да, - лгать ему было трудно.

Хмель еще бродил в голове, она подалась через стол, делая вид, что вглядывается в его лицо.

- Кофе? - спросила она.

- С удовольствием. Лучше сварю я. Знаю концентрацию, которая сгонит опьянение, - предложил он.

Она протестующее замотала головой.

- Ты протрезвеешь и станешь другим, - произнесла она.

- Ошибаешься. Это я хмельной спокойный, а в обычной жизни могу такого наваять, сердце в пятки уйдет. Раз я тебе мил таким, то не стану пить кофе и трезветь. Даже выпил бы снова.

Она встала и, добыв бутылку вина, налила ему половину тонкого бокала.

- Рискнешь?

- О-о-о, кажется, тебе нужны мои секреты, - произнес он заинтересованно.

- Можно я спрошу?

- Сейчас угадаю. Ты хочешь знать, что я не спросил на лестнице?

- Да.

- Хотел узнать, кто кого первым кинется целовать.

Он поднял бокал посмотрел на свет и отпил глоток. Диана поймала его взгляд, неожиданно серьезный и глубокий. Стало чуть не по себе, утонуть можно.

- Угадал? - спросил он.

Она кивнула. Он сделал еще глоток.

- Рад, что не сделал, что хотел. Утром мы не смотрели бы в глаза друг другу.