- Я вдруг подумал, что никогда еще не дарил тебе цветов. Звучит ужасно. Но, увы, это не я, а Димка. Как будто они от меня.

Алик смутился и поставил корзину на тумбу с ее стороны постели.

- Я мог бы сам додуматься, - вздохнул он.

- У тебя впереди множество возможностей. Я помню вчерашний вечер, он без цветов был хорош. Мой первый выход в общество в качестве замужней дамы вполне удался.

Он присел с ней рядом.

- Я не думал репетировать. Тебе вообще не требуется играть.

Эл посмотрела ему в глаза.

- Откуда ты выловил мой вчерашний облик? Почему такой?

Эл запомнила, как застыл Дмитрий, что он говорил. Какой бы странной его речь не была, он точно определил характер того, что наблюдал сегодня утром. Дмитрий, как индикатор, его реакция всегда близка к точной. Алик воспроизвел образ неизвестной ему владычицы, даму с портрета во дворце владыки. Теперь упомянул Кикху. Который из них выдернул из прошлого эти черты? Она сама не без опасения смотрела на себя в зеркало, потом вечером, в ресторане, наблюдала за Аликом, но он был собой, не Кикхой, не великим. Знал или угадал?

- Не знаю, что-то нашло, - ответил он. - Это воображение. Я представил, если бы я шел впереди, должен был оглянуться, а ты должна была бы выглядеть иной, что могло быть. Я только цвет волос поменял. В каком облике я не смог бы узнать тебя? Если чувствую на расстоянии. В каком платье, в каком цвете?

- В лиловом. - Эл улыбнулась. Как среагирует?

- Терпеть не могу этот цвет.

- Ого, а я думала, ты равнодушен к подобным мелочам.

Эл бросила взгляд на корзину с цветами, вдохнула аромат. В корзине были только розы и только молочного цвета. Среди стеблей виднелся уголок конверта. Эл вынула его, заглянула внутрь.

- Что внутри?

- Он выкупил театральную ложу на послезавтра. Женитьба Фигаро. - Эл откинулась на подушки и засмеялась. - Отлично! Мы едем в театр.

Она опять заглянула в коробку, зарядила кристаллы в аппараты и включила. Потом они опять были засунуты в коробку, а ее Эл засунула под кровать.

- Утром бы не забыть вернуть на базу, - напомнила она сама себе. - Что было на встрече с Рудольфом Хофманом?

- Он не сказал мне ничего особенного, Ванхоффер был неточен, свитками занимался не он, а его ассистент. Переводы делал.

- Нам нужны оригиналы. Перевод с перевода - и смысл пропадет.

- Он позволил придти в университет на лекции. Эл, о свитках больше всего знаешь ты.

- Для этого существует кузен Элберет. Мы пойдем туда вместе. Все. Как думаешь, он знает о настоящей роли Ванхоффера? Как он нас воспримет?

- Мы оба были аккуратны в выражениях, посторонних вопросов не обсуждали. Я понял, что он знает мало.

- Когда мы можем с ним встретиться?

- Он бывает в университете с самого раннего утра.

- Утром мне нужно закончить работу с Ольгой, то есть с Хельгой и Грегуаром. А что с библиотекой?

- Вот тут загвоздка. Никто без высочайшего разрешения попасть в библиотеку не сможет. Нам обещана протекция, но для этого нужно подать прошение от моего лица, как самого достойного, описать цель, да так, чтобы это представляло интерес для науки. Сколько времени потребуется, он не сказал. Я узнал у Хофмана, он сам имеет доступ туда, но добился его с великими трудностями. Нас иностранцев так просто туда не впустят. В крайнем случае, он может провести туда одного из нас. Нужно иметь покровительство со стороны важной персоны. Ближайшие дни мы должны обзавестись хорошими знакомствами. Большинство знатных семей сейчас еще за городом.

- Тем охотней нас могу принять в каком-нибудь светском обществе, в гостях у нужного нам лица. Попрошу Диану мне помочь. Значит, завтра я задержусь на базе и просмотрю варианты знакомств и новые исследования в области востоковедения.