Мэгги прекрасно знала, что Джонатан, старый друг покойного отца, избегал визитов в Вермхолл, поэтому привет от мистера Натчбулла и его намерение – правда, не осуществленное – приехать к завтраку продолжили собой череду утренних сюрпризов.

Завтрак прошел замечательно, мужчины разговаривали о чем угодно, только не о литературе. Впрочем, о книгах разговор тоже зашел, но зачинщиком беседы, слава богу, оказался автор известных романов.

Мэгги узнала, что господин писатель приступил к созданию очень важной книги, о работе над которой думал долгие годы, практически всю свою жизнь. Где найти роман о настоящей любви, когда люди погрязли в пучине бездуховности, забыли романтические начала?

Вот актуальнейшая проблема нашего времени.

Все заняты сочинительством скучных историй из жизни жалких потребителей материальных благ, верных рабов универсальных магазинов.

Но она будет написана, книга о девушке, мечтающей о счастье! Будущие читатели окажутся сраженными наповал новаторским подходом автора к теме. Итак, вперед, нас ожидает неслыханный ренессанс романтизма!

Это было интересно. Мэгги приготовилась выслушать подробный рассказ автора о сюжете романа… Но тут Саймон Маккуиллан сделал матери предложение. Мэгги даже вздрогнула, когда услышала это.

– Дорогая Мэрилин, – загремел в просторной столовой голос Саймона, – не согласитесь ли вы… возглавить комитет по образованию при нашем городском обществе свободных книготорговцев? Как-никак у вас есть опыт, и ваши личные качества вполне бы позволили…

– Я согласна, – не дослушав, что позволили бы ее личные качества, ответила Мэрилин. – А еще согласна стать председателем Международного жюри конкурса молодых издателей.

Правильно, Саймон? Вы и об этом меня хотели попросить?.. А теперь, господа, прошу вас уделить внимание детям. Томми и Эйб готовы вновь продемонстрировать свои таланты. Сегодня утром братья сочинили новую песенку, которую неутомимая Харриетт сразу же положила на музыку. Я прослушала песню раз сто и полагаю, это настоящий шедевр!

Харриетт уселась к роялю, зазвучала бесхитростная мелодия, и близнецы дружно заголосили – о, их хлебом не корми, дай только спеть! – наивную детскую песенку про кота и рыбака. Томми пел почему-то басом, у Эйба было ангельское сопрано.

Скучнее этой песни Мэгги в жизни не слышала. И глупее тоже. Надо же, бедолага рыбак свалился с моста в бурную реку, верный кот бросился на помощь. После тщетной борьбы с речными волнами и человек, и животное благополучно утонули.

Когда братья прекратили свое завывание и рояль умолк, Мэгги с облегчением вздохнула.

Хорошо, что это только песня. Не дай бог в жизни наблюдать такую трагедию.

К удивлению молодой женщины, писатель и книготорговец пришли в неописуемый восторг!

– Потрясающая песня! Захватывает и зовет к подвигу! – воскликнул Генри Фанкворт с серьезным видом. – Смена растет, господа!

Мой сын Валентино точно такой же забавный!

Правда, увлекается больше корабликами, а не сочинительством стихов. Чудак чудаком!

Вот как? Оказывается, у писателя есть сын? Наверное, от молоденькой поклонницы, раз все еще играет с корабликами, подумала Мэгги.

Она улучила момент, чтобы задать матери вопрос, который ее безумно волновал. Но вот сформулировать его не сумела. Мэрилин сама поняла все по глазам дочери. Как так получилось, что в гостях сегодня в доме именно писатель и книготорговец? Неужели она, Мэрилин, выбирает таким способом себе суженого?

Ответ матери был прост и искренен.

– Мэгги, ты наивный ребенок, – тихо произнесла Мэрилин. – Живешь только своей жизнью и не знаешь, что у твоей матери тоже есть друзья. Я никогда не делала из этого тайны, но ты ведь и не интересовалась никогда моей жизнью по-настоящему.