Подозреваю, у него еще имеются козыри, но он их приберегает.

— Это не мне решать, — спокойно ответил, удивляясь, что во взгляде Коршунова появилась задумчивость и уважение.

Неужели обычными словами удалось зародить в его душе сомнение? Маловероятно! Или из-за того, что ему никто слова поперек сказать не в силах, а тут он наткнулся на мою компаньонку, а следом и на меня самого. Зная баронессу, то готов поставить на кон последний рубль, что та не струсила, а подкупить ее не удалось. Уверен, девушка порыдала после беседы с императором. Наверняка подумывала из резиденции, а то и из страны сбежать. На отчаянный шаг она не отважится, пока со мной не переговорит.

— Ладно, свободен пока, — неожиданно махнул рукой Коршунов. — Мне работать надо. Ступай.

— Рад был знакомству, — поднялся я со своего места.

Император не ответил, положил перед собой какой-то документ и углубился в чтение. Понимаю, он раздосадован, что не сумел меня сломить. Скорее всего предпримет еще попытку, а то и не одну. Сильные мира сего не любят, когда им перечат, но выгоду он почувствовал. Думаю, сработала интуиция, что я способен принести много пользы. Наверняка это и доклады подтверждают, не все, имеются злопыхатели, недовольные тем, что кто-то резко возвысился. Следует из резиденции уезжать либо ходить и оглядываться, ожидая удара в спину. А то что он будет — не сомневаюсь. Достаточно вспомнить, как обошлись с Вертлугиными. Да, их вновь приблизили, но, как говорится, осадочек остался. А за тот же университет и его финансирование развернется нешуточная борьба. Найдутся те, кто захочет к казне таким образом присосаться. Да и насчет ректорства — вопрос. Коршунов обязан понимать, что на такую должность людей с улицы, коим являюсь, не назначают.

— До свидания, — вежливо сказал я и направился на выход.

Спиной ощутил тяжелый взгляд и даже усилил защиту. На секунду показалось, что хозяин кабинета готовит удар. Словами ли или боевой магией — не разобрал, но его так и не последовало.

— Штабс-капитан, будьте любезны, проводите меня до выделенных мне комнат, — попросил я Родионова.

— Заплутать боитесь? — уточнил тот.

— В том числе, — не стал я отнекиваться.

Артемий Семенович просьбу выполнил, но пока шли не задал ни единого вопроса. Зато в моей гостевой собралась вся наша компания. Мало того, все пытаются Софи помочь и предлагают различные варианты, как меня обыграть. Правда, княжна сама не своя, бледная, пальчики нервно теребят оборки платья, а в ауре тревожные всполохи, грусть и тоска. Странно, чего Софи так разнервничалась? Поняла, что партию проиграла? Так мы же договорились на матч. Честно говоря, мне сейчас не до игры, пусть и на желание.

— Как все прошло? — хором спросили девушки, а вот Макс промолчал, он сидит чернее тучи.

— Познакомились и предварительно поговорили. Выяснили позиции по неким вопросам и мои догадки частично подтвердились. Остается ждать и наблюдать, как сложится ситуация, — уклончиво ответил я и поинтересовался у княжны: — Игру продолжим или признаешь поражение?

— Еще чего! — фыркнула девушка. — Господин Воронов, ты плохо меня знаешь!

— Так что насчет университета? — поинтересовалась Минако.

А вот в глазах моей компаньонки совсем другой вопрос.

— Насколько понимаю, правитель все тщательно обдумает, взвесит. Мы с ним продуктивно побеседовали, свою позицию я изложил и брать свои слова назад не собираюсь, — внимательно посмотрел на Натали, улыбнулся ей и послал заряд тепла и поддержки.

У баронессы дрогнули губы, и она постаралась незаметно перевести дух. Ни от кого из присутствующих такое поведение не укрылось. В глазах Софи зажегся огонек надежды, а вот ее брат помрачнел еще больше.

— Саша, а каков твой план, если Степан Васильевич выставит неприемлемые условия? — чуть слышно спросила Минако, сразу после того, как выставила полог тишины.