– Куда теперь? – спросил Эцио.

– Нужно разыскать здешнего командира. Его зовут Роберто. Он должен знать, где сейчас Вьери. – (Эцио еще не видел дядю таким напряженным.) – Время дорого. Будет лучше, если мы разделимся. Я знаю этого Роберто. В это время ночи он либо пьянствует в своей любимой таверне, либо уже успел напиться и дрыхнет где-нибудь в цитадели. Цитадель вручаю твоим заботам. Возьмешь себе в помощь Орацио и дюжину ребят покрепче. – Марио взглянул на небо, начинавшее светлеть. Прохладный воздух тоже свидетельствовал о скором наступлении утра. – Встретимся возле собора, когда начнет светать. Доложишь об успехах. Да, командование этой шайкой головорезов я возлагаю на тебя.

Марио приветливо улыбнулся «головорезам» и со своим отрядом двинулся по улочке, что вела на вершину холма.

– Цитадель, монсеньор, находится в северо-западной части города, – сказал Орацио, улыбаясь Эцио.

Остальные «головорезы» тоже улыбались. Чувствовалось, они привыкли подчиняться Марио и были удивлены, что он поручил командовать ими зеленому юнцу.

– Тогда идем! – не обращая внимания на усмешки, скомандовал Эцио. – За мной! По моему сигналу.

Цитадель одной стороной выходила на главную городскую площадь. От нее до собора было рукой подать, как и до невысокого холма, на котором стоял город. Они без труда достигли цитадели, но прежде, чем войти внутрь, Эцио заметил у ворот двух караульных. Велев своим людям держаться поодаль, Эцио стал пробираться вперед. Он двигался бесшумно, словно лиса, прячась в тени. Вскоре он подошел на достаточное расстояние, чтобы слышать, о чем говорят караульные. Судя по всему, им обоим опостылела служба под командованием Вьери.

– Говорю тебе, Тебальдо, – сетовал один из них, более крепкий на вид, выплескивая наболевшее, – мне совсем не в радость прислуживать этому щенку Вьери… Он в горшок-то не может поссать и не промазать, что уж говорить про оборону города против регулярных войск. Ну и наш бравый Роберто тоже хорош. Пьет не просыхая. Не командир, а бутылка кьянти, на которую напялили мундир.

– Болтаешь ты много, Дзоане, – предостерег его Тебальдо. – Помнишь, что случилось с не в меру разговорчивым Бернардо?

Тот, кого звали Дзоане, осекся и согласно кивнул:

– Ты прав… Поговаривали, Вьери приказал ослепить беднягу.

– Вот-вот, а мне пока дороги оба моих глаза. Так что хватит языки чесать. Мы не знаем, сколько из наших думают так же, а у Вьери повсюду уши.

Довольный услышанным, Эцио вернулся к своим. Если хотя бы треть гарнизона настроена схожим образом, одолеть их особого труда не составит. Однако Вьери может делать главную ставку на небольшие, но хорошо подготовленные силы сторонников Пацци. Что же касается остальных солдат, Эцио на собственном опыте убедился, каким успешным командиром бывает страх. Он оглядел площадь. Она была пуста, если не считать этих караульных.

– Орацио!

– Да, монсеньор, – ухмыльнулся сержант.

– Вы сумеете прикончить этих вояк? Быстро и по-тихому. Я сейчас влезу на крышу и посмотрю, нет ли караульных во внутреннем дворе.

– Мы за этим сюда и пришли, монсеньор.

Орацио вернулся к товарищам. Эцио проверил бандольер, где еще оставалось достаточно метательных ножей. Он бросился на боковую улочку, примыкавшую к цитадели, взобрался на крышу ближайшего здания, а оттуда перепрыгнул на крышу цитадели.