Ее слова оборвал испуганный девичий крик, раздавшийся со стороны небольшой площади, на которую выходила эта улица.

– Это Джанетта! – спохватилась Кристина. – Помнишь ее?

Крики Джанетты стали еще неистовее, но теперь можно было расслышать, что именно она кричит:

– Манфредо! Манфредо!

– Поспешим туда, – сказал Эцио, и они оба бросились к площади.

Кроме Джанетты, Эцио увидел еще одну, незнакомую ему девушку, а также пожилого мужчину. Кажется, тот служил у отца Кристины старшим писарем.

– Что случилось? – спросил молодой человек.

– Манфредо! – воскликнула Джанетта. – Опять карточные долги! На этот раз его точно убьют!

– Что с ним? – Голос Кристины почти сорвался на крик.

– Прошу прощения, синьорина, – залепетал писарь. – Он задолжал деньги каким-то двум молодым людям. Они потащили его к Новому мосту и сказали, что выбьют из него долг. Еще раз, синьорина, прошу прощения. Я ничем не мог им помешать.

– Не кори себя, Сандео. Позови домовую стражу. А я лучше пойду…

– Подожди, – остановил ее Эцио. – Кто такой, черт побери, этот Манфредо?

Кристина посмотрела на него словно из-за решетки тюремного окна:

– Мой fidanzato.

– Обойдемся без стражи, – сказал Эцио и побежал по улице, которая вела к мосту.

Вскоре он уже был на набережной. Внизу, близ первой опоры моста, тянулась узкая полоска земли, соседствуя с желтыми, неспешно текущими водами Арно. От реки тянуло густым зловонием. На земле Эцио увидел распростертого молодого человека в модном черном камзоле, расшитом серебром. Еще двое молодых людей, потея от натуги и бормоча ругательства, били его руками и ногами.

– Клянусь, я верну долг! – стонала жертва.

– Мы по горло сыты твоими обещаниями, – сказал один из мучителей. – Ты и так выставил нас круглыми дураками. Теперь мы тебя проучим, чтобы другим неповадно было.

Носком сапога он придавил должнику шею, ткнув лицом в грязь. Второй мучитель ударил его под ребра.

Первый нацелился ударить должника по почкам, когда вдруг почувствовал, как кто-то схватил его самого за шиворот и фалды. Мучитель взлетел в воздух и вскоре плюхнулся в воду, полную нечистот и мусора, облепивших первую опору моста. Зловонная вода попала ему в горло, он закашлялся и не заметил, как его напарник тоже полетел в воду.

Эцио протянул руку замызганному грязью должнику, помогая тому встать.

– Grazie, синьор. Думаю, они действительно хотели меня убить. Глупцы! Мертвые долгов не платят, а так я бы мог вернуть им все деньги. Честное слово!

– А вы не боитесь, что они снова на вас нападут?

– Теперь они будут думать, что у меня появился телохранитель.

– Кстати, забыл представиться. Эцио… де Кастроново.

– Манфредо д’Арценто, к вашим услугам.

– Я не ваш телохранитель, Манфредо, и не собираюсь им быть.

– Не важно. Вы спасли меня от этих фигляров, за что я вам благодарен. Вы даже не представляете насколько. Я должен вас вознаградить. И не противьтесь. Но сначала я немного почищу свой камзол, и мы с вами отправимся промочить горло. Невдалеке от Виа Фьордализо есть маленький игорный дом…

– Постойте, – сказал ему Эцио, видя приближающуюся Кристину и ее спутниц.