Мною овладел доселе неизведанный ужас. Я нашел его — вход в подземное царство мокеле-мбембе!

Внезапно меня охватило странное чувство. У меня возникло ощущение, что в голове раздаются голоса, говорящие на непонятном мне языке. Это были, скорее, картинки, а не звуки. Они нашептывали и как бы журчали, свистели и чирикали на всевозможных частотах. Это очень напоминало какую-то причудливую музыку.

В этот момент в моем наушнике раздался щелчок, и внеземные звуки исчезли в мгновение ока:

— Сюда, Сикс. Он там.

Я повернулся вокруг своей оси и вдалеке заметил дрожащий свет двух фонарей, которые медленно приближались ко мне.

— Малони, Сикспенс, скорее, сюда, — прокричал я возбужденно.

У меня словно камень с души упал. Теперь я был не один.

Я поплыл им навстречу.

— Вы как раз вовремя. Смотрите, что я нашел.

— Мы облазили пол-озера в поисках вас, — прошипел Малони. — Мы почти отчаялись найти вас. О чем вы только думали…

Он так и не закончил фразу, потому что заметил мою находку.

— Святые угодники, что это? — послышалось его бормотание. — Сикс, посмотри-ка!

На несколько секунд воцарилась гробовая тишина. Оба водолаза зависли над пропастью, как две мухи над распахнутой пастью спящего великана.

— Эстбери, я прощаю вам все глупости, которые вы совершили до этого момента. Эта находка все компенсирует. Я много читал про озеро, но, кажется, все это было неправдой, — сказал Малони.

В первый раз, с тех пор, как мы с ним познакомились, я слышал что-то наподобие уважения в его голосе.

— Смотрится, как вход в ад. Вы что-нибудь знали об этом?

— Только предполагал.

Я рассказал коллегам про теорию Сары о падении метеорита. Но об уровне радиации я не стал упоминать, — для окончательных выводов время еще не пришло.

— Там, внизу, должно находиться гнездо, — сказал Малони спустя минуту. — Что скажешь, Сикс, спустимся туда?

В этот момент мы почувствовали какое-то течение, как будто Малони произнес правильный пароль и, не говоря ни слова, поняли, что это значит.

Мокеле был рядом.

Австралиец отреагировал молниеносно.

— Эстбери, оставайтесь между нами. Я попытаюсь выстрелить. Если попаду, тогда мы сможем подняться, — но только после этого, не раньше! Ясно?

Мы стояли на краю обрыва спина к спине и ждали. Было слышно только дыхание соседа и пыхтение кислородного баллона. Время шло томительно долго. Никто не шевелился. Мы замерли на дне, наши нервы оказались напряжены до предела. Фонарики, как бледные пальцы, ощупывали окружающую темноту. Кажется, время остановилось. Я снова начал ощущать, что паника возвращается ко мне.

Вдруг раздался крик:

— Он там, внизу!

Я повернулся, и у меня снова перехватило дыхание. Эта картина остановила кровь в моих жилах. В десяти метрах от нас, как раз на таком расстоянии, куда доставали наши фонари, застыла огромная голова. А остальную часть его туловища скрывала тьма. Как при детальной съемке, я зафиксировал у себя в голове его глаза без век со зрачком-прорезью, широкие ноздри, а самое главное — распахнутые челюсти с острыми зубами.

— Мы все погибнем, — заикаясь, пробормотал я.

— Ерунда! — зарычал Малони.