— Сомнений достаточно. Я начинаю думать, что он сам верит всему, что рассказывает. Это надо остановить, мама.

Мать взглянула на приоткрытую дверь.

— Не знаю, как можно остановить это, не погубив его, — пробормотала она. — Не то чтобы у меня нет сострадания к несчастным, просто я люблю своего мужа. — Ее пальцы замерли. — Ты скажешь Мельбурну всю правду? Он будет смотреть на тебя по-другому и, конечно, найдет способ избежать женитьбы.

Мельбурн знал и все еще смотрел на нее по-прежнему. Он все еще хотел жениться на ней. Хотя ее мать и не права в отношении Себастьяна, однако верно оценивает ситуацию, если речь идет об обществе. Все возненавидят ее отца, с отвращением будут вспоминать, как охотно искали его общества. Мельбурн может оградить ее от этого, но взамен это затронет его.

— Я иду спать, — сказала Жозефина, собрав шитье и вызвав Кончиту. — И я все-таки хочу, чтобы ты предложила ему выкупить землю, которую он продал. Никто не должен страдать или умереть из-за его мечтаний. Это не то, чем я могу гордиться.

Жозефина поднялась в спальню раньше Кончиты, подошла к незапертому окну и распахнула его. Она могла задаваться вопросом о причинах выйти замуж за Себастьяна, но знала, что она хочет этого брака не из-за желания получить защиту в теперешних сложных обстоятельствах.

Ей было важно уяснить для себя, страдает ли она той же болезнью, что и отец, владеет ли ею та же потребность казаться более важной персоной, чем она есть на самом деле. Ей ведь нравится, что Себастьян заставил ее почувствовать себя оцененной, драгоценной, возвеличенной.

— Нет, — ответила она самой себе, присев на краешек кровати.

С Хейреком она имела бы такую же возможность получить титул и узаконить свое социальное возвышение. Она, возможно, сделала бы это, не удиви ее Себастьян в этой самой комнате. Но когда она вообразила жизнь с Хейреком… это не имело ничего общего с тем трепетом и восторгом, который охватывал ее при одном только взгляде на Себастьяна.

И он нуждается в ней. Он предпочел ее не потому, что она принцесса, богатая наследница или умеет убедить людей расстаться с деньгами. Он ценил ее за ее личностные качества — за ее душу и ум. Когда они встретились в первый раз, она видела его одиночество, слышала это в отстраненных, холодных интонациях его голоса. За последние дни одиночество, казалось, оставило его, и Жозефина думала, что именно она тому причиной. Это было безрассудное, сильное, пьянящее чувство, которого она никогда не ожидала испытать, но от которого теперь не хотела отказываться. Никогда. Она снова посмотрела в окно, и сердце у нее сжалось. Она не хотела, чтобы он влезал в окно и уходил на рассвете. Она хотела, чтобы он был в ее жизни всегда.

В его обществе она стала другой и сейчас нравилась себе больше той, какой была прежде.

Еще несколько дней. Только несколько дней, и она узнает, заслужила ли она жизнь с Себастьяном, о которой мечтала, или ей придется одной бежать в ночь.

Глава 21

— Доброе утро, ваша светлость, — приветствовал Стэнтон спустившегося Себастьяна.

— Доброе утро. Моя дочь проснулась?

— Она в маленькой столовой.

— Спасибо. Я дома только для родных и королевской семьи Коста-Хабичуэлы. — Он пошел по коридору.

— Хорошо, ваша светлость. Лорд Шарлемань прибыл пять минут назад. Он с леди Пип.

Ах, Шей. Себастьян вздохнул. Этим утром ему совсем не хотелось препираться, его тянуло глупо улыбаться без всякой причины, но он не уклонится от спора.