– Верно, бизнес, который ты не создавал. Он просто перешел к тебе, точно так же, как бизнес моего отца перешел к нам. Но я не хожу и не поздравляю себя с этим.

– Да пошел ты! Не у всех из нас дома были мама с папой, которые каждое утро готовили блинчики. Может, не стоит говорить о дерьме, которого не понимаешь.

Я чувствую угрызения совести в ту же секунду, как упоминаю его мать, но уже слишком поздно брать слова назад. В любом случае, я стою на своем. Если братец Джен хочет осудить меня, пусть катится ко всем чертям. Меня не интересует его мнение.

– Джен наконец-то пытается наладить собственную жизнь, – цедит он, бросая на стойку немного наличных. – А ты делаешь все, чтобы удержать ее в дерьме вместе с собой. Так нельзя обращаться с тем, кто тебе небезразличен.

Я напоминаю себе, что избивать младшего брата Джен до полусмерти – это не лучший способ завоевать ее расположение.

– Она мне и правда небезразлична, – шиплю я.

– Тогда вот мой совет, – парирует Билли, возвышаясь надо мной. – Хочешь, чтобы моя сестра впустила тебя обратно в свою жизнь? Для начала наладь свою.

Глава шестнадцатая

Эван

Два дня спустя я просыпаюсь ранним утром после очередной беспокойной ночи. Вместо того чтобы валяться в постели, как бездельник, я встаю с первыми лучами солнца, намереваясь вывести Дейзи на прогулку по пляжу, а затем искупать ее на подъездной дорожке, дабы она выглядела сияющей и чистой. Переодевшись в свой лучший наряд, нечто среднее между похоронным костюмом и грязным мешком, я пристегиваю поводок к ошейнику Дейзи и возвращаюсь на кухню за еще одной чашкой кофе.

Увидев, как Купер и Мак завтракают на террасе, я высовываю голову из раздвижных стеклянных дверей.

– Привет. Просто чтобы вы знали, я забираю Дейзи погулять на пару часов.

– Куда? – хмыкает Купер с набитым вафлями ртом.

– Присядь, – предлагает Мак. – Вафель много. Ты уже поел?

– Не, я в порядке. Взял смену в доме престарелых. Дама по телефону сказала, что старики любят собак, поэтому я приведу Дейзи.

– Это что, какой-то эвфемизм? – спрашивает она со смехом и поворачивается к Куперу, чтобы тот поддержал ее.

Мой брат выглядит таким же сбитым с толку, как и его девушка.

– Если и так, я не знаю, для чего этот код.

– Ладно, мне пора бежать. Да, кстати, – обращаюсь к Куперу, – я беру твой грузовик.

Затем захлопываю дверь прежде, чем он успевает ответить.

Я могу только представить, какой разговор они ведут у меня за спиной. Эван сошел с ума? Очевидно же, что он нигде не работает волонтером, верно?

Что ж, им же хуже, потому что я, черт возьми, и правда собираюсь стать волонтером. Мой последний разговор с Джен, за которым последовала беседа с Билли прошлой ночью, заставил задуматься о том, как на самом деле выглядит «налаживание моей жизни». Честно признаться, я и не думал, что моя жизнь была в таком раздрае. Это не значит, что я полный бездельник. У меня есть работа – отчасти мой собственный бизнес. Есть дом и мотоцикл. Старый джип, на починку которого я трачу больше времени, чем на вождение.

До черта людей, с которыми я вырос, стремились к гораздо меньшему. И многие поставили бы деньги на то, что я закончу намного хуже. Тем не менее, если всего этого для Джен недостаточно, прекрасно. Я могу стать лучше. Ей кажется, будто я не могу измениться? Посмотрим.

Начиная с сегодняшнего дня я говорю только правду. Перестаю пить. Больше никаких драк.