Не буду врать. Дома хорошо.

Мой телефон, лежащий на тумбочке, жужжит, сигнализируя о входящем сообщении.

Эван: Доброе утро, Фред.

Я бы хотела сказать, что моя укрепляющая связь с городом не имеет отношения к Эвану. Но с тех пор, как несколько дней назад согласилась дать ему еще один шанс, я не испытываю ничего, кроме облегчения. С моих плеч словно внезапно свалился тяжелый груз, ведь мне больше не нужно избегать его. Я и не подозревала, как больно мне было держаться от него подальше.

Я: Доброе.

Эван: Удачи.

Телефон звонит прежде, чем я успеваю вдуматься в смысл его сообщения. Наморщив лоб, я провожу пальцем по экрану, чтобы ответить на вызов.

– Алло?

– Женевьева? Привет. Это Маккензи Кэбот, девушка Купера.

Теперь я вся внимание.

– О… привет. Как дела?

– Эван сказал мне, что ты заинтересована в работе в отеле. Он рассказал кое-какие подробности о твоем опыте, но я решила, что нам следует встретиться лично и провести официальное собеседование. Не хотела бы ты зайти и поговорить о должности менеджера? Посмотрим, подойдет ли это тебе.

От волнения у меня учащается пульс.

– Да, безусловно.

– Отлично. Если ты не занята, у меня сегодня есть время.

– Дай мне полчаса.

Как только мы заканчиваем разговор, я бросаюсь в душ и отказываюсь от фена, просто собирая волосы в тугой пучок. Затем бегаю по комнате, отыскивая красивую одежду, которая еще не помялась после распаковки, роюсь в коробках и под кроватью в поисках обуви. Я не особо заморачиваюсь с макияжем, если не считать немного помады и туши для ресниц. Всегда так поступаю. Вместо того чтобы попросить о разумном сроке, который мне нужен, я необдуманно раскидываюсь обещаниями, а после страдаю от спешки, дабы уложиться в свой же собственный срок.

Каким-то образом мне удается вовремя выйти из дома – и я доезжаю до дома Хартли к назначенному часу. Я перебираю в уме скудные подробности, которые Маккензи сообщила по телефону, постоянно зацикливаясь на слове «менеджер». Честно говоря, я не задумывалась о том, на какую должность буду претендовать, когда Эван сказал, что упомянет обо мне Маккензи. Что-то вроде метрдотеля. Возможно, бухгалтера. Но управлять целым отелем – мероприятиями, ресторанами, кейтерингом, спа-салоном – это намного больше того, к чему я привыкла.

С другой стороны, я никогда не боялась рисковать. Снижать планку – значит терпеть поражение. Если я хочу изменить свою жизнь, я должна метить высоко.

Имея в запасе две минуты, я звоню в дверь.

Входная дверь распахивается, и на пороге появляется высокая сногсшибательная девушка с блестящими темными волосами и большими зелеными глазами. Я помню, как мельком видела ее в ночь костра, когда Эван устроил скандал с тем парнем из колледжа, но нас так должным образом и не представили.

– Приятно официально познакомиться с тобой, – говорит Маккензи, впуская меня. На ней полосатая футболка и шорты цвета хаки. Чрезмерно повседневный наряд заставляет меня чувствовать себя слегка разодетой: на мне темно-синие льняные брюки и белая рубашка на пуговицах с закатанными до локтей рукавами.

– Я тоже рада с тобой познакомиться, – отвечаю ей.

Она ведет меня через дом на заднюю веранду, где на столе стоят два стакана и кувшин воды с лимоном.

– Ребята проделали отличную работу над отелем, – замечаю я, когда мы садимся.