– Они занимаются этим уже несколько месяцев. Кажется, что каждое утро я просыпаюсь от звуков шлифовальной машины или пилы, а потом иду на работу, и там происходит то же самое, – объясняет она с усталой улыбкой. – Клянусь Богом, когда все это закончится, я проведу две недели вдали от всех.

Мак наливает нам пару стаканов воды, а после откидывается на спинку стула. Мимо проносится легкий ветерок, от чего позванивают колокольчики, свисающие с крыши.

– Мне знакомо это чувство, – криво усмехаюсь я.

– О, точно. Ремонт в доме твоего отца. Должно быть, там такая суматоха.

– Я работаю практически весь день, так что все не так уж плохо. А когда я дома, наушники с шумоподавлением – мой лучший друг.

– Надеюсь, я не заставила тебя прогулять работу из-за этой встречи, – произносит Маккензи, и мне интересно, думает ли она, что я отказалась от своей нынешней работы ради собеседования на эту.

– Нет, – уверяю я ее. – Отец дал мне выходной на утро, так что я начинаю только в полдень.

Когда со светской беседой покончено, я осознаю, что мне нужно произвести на нее хорошее впечатление. Эван, возможно, и замолвил за меня словечко, но эта девушка не для того из кожи вон лезла, восстанавливая заброшенный старый отель, чтобы передать ключи случайной девчонке без чувства ответственности. Я собираюсь продемонстрировать Профессиональную Женевьеву.

– Итак, – начинает Маккензи, – расскажи мне о себе.

Я протягиваю ей свое резюме, в котором точно отсутствует опыт работы в отеле.

– Я работаю с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать. Начинала с уборки и пополнения запасов в хозяйственном магазине моего отца. Летом работала хостес, официанткой, барменом. Обслуживала клиентов в строительном бизнесе. Как-то летом даже была матросом на парусной яхте.

Я рассказываю ей о Чарльстоне, немного преображая свою должность. Помощник секретаря – это, по сути, то же самое, что офис-менеджер, верно? Пререкания с кучей агентов по недвижимости с огромным эго и синдромом дефицита внимания, безусловно, просто обязаны соответствовать ее требованиям.

– Теперь я офис-менеджер в Stone Yard. Обрабатываю счет-фактуры и рассчитываю заработную плату, составляю расписание, оформляю заказы. Нет ничего, за чем я бы не следила. И, конечно, я забочусь, чтобы клиентов все устраивало.

– Я так понимаю, после смерти матери ты взяла на себя большую ответственность, – Маккензи откладывает мое резюме в сторону после того, как внимательно его прочла. – Я очень сожалею о твоей утрате.

– Спасибо.

Мне по-прежнему неловко, когда кто-то упоминает маму. В основном потому, что я двигаюсь дальше. Я сделала это почти в тот же момент, как это случилось. И все же меня затягивает обратно каждый раз, когда собеседник делает паузу, чтобы осмыслить или подтвердить сей факт. Я будто перемещаюсь во времени, вновь оказываясь на похоронах, вспоминаю те первые дни, когда обзванивала всех по телефону.

– Мне пришлось многому научиться, но я хорошо разбираюсь в различных вещах, – говорю я. – Быстро учусь. И мне кажется, что сейчас самое подходящее время покинуть Stone Yard и передать бразды правления кому-то другому.

Будь его воля, отец навсегда бы оставил меня в офисе. Несмотря на нашу сделку, я знаю, что единственный способ заставить его действовать – это назначить крайний срок. Я могу научить практически любого человека управлять бизнесом вместо него. Ему просто нужна надлежащая мотивация, чтобы выбрать моего преемника.