– А вот прилагательное «дерьмовая» употреблено абсолютно точно. Знаешь, мне это дело сразу не понравилось. Что-то в нем такое было изначально пакостное.

– А что, у нас бывали другие? Дело Матвеева – Трубникова – не пакостное?

– Пакостное, но… другое. Там все же был конкретный корыстный интерес. А где есть корысть – обязательно есть логика. Сволочная, конечно, но логика. А здесь какая-то сплошь мешанина: от гадалки до стрельбы, при полном отсутствии логики.

– Логика обязательно должна быть. Просто мы ее пока не нащупали, – возразил Дмитрий. – Итак, что мы имеем на сегодняшний день? А имеем мы Лису…

– Ну, допустим, имеем ее не мы, а Брюнет, – хмыкнул Купцов.

– …ИМЕЕМ В НАЛИЧИИ ЛИСУ, которая получала угрозы. Угрозы не вполне конкретные, и, что немаловажно, за ними не стояло никаких требований или условий. Но, коли таковых нет, можно предположить, что Любовница хочет: а) за что-то отомстить Татьяне или Николаю; б) создать нервозную обстановку в семье.

– А потом, когда еённые коварные планы не осуществились в полной мере, она прислала слепого киллера с пукалкой и с трясущимися руками… Вот уж действительно: «Слепой стреляет без промаха».

– А дурной работает сыщиком, – в тон продолжил Петрухин.

Пару минут партнеры молчали: Дмитрий пускал дым кольцами, Купцов разглядывал потолок. Посмотреть со стороны – чисто два бездельника.

– …Хорошо, давай попробуем по-другому, – высмотрел на потолке идею Леонид. – Итак, наша Таня громко плачет, а в промежутках между рыданиями заявляет, что врагов у нее нет. У мужа тоже…

– Безответственное, между прочим, заявление.

– И тем не менее. Хорошо! Просто замечательно. Вокруг одни друзья. И все как один на завтрак едят исключительно радугу и какают садовыми цветками. Но при этом кто-то из этих «друзей» сначала изводил Лисицу угрозами, а затем прислал киллера. Пусть хренового, пусть с никудышным оружием… Допускаю даже, что ему была поставлена установка: не убивать, стрелять по конечностям.

– Фу-ты ну-ты! Это уже как-то совсем из голливудских сценариев. Нежизненно.

– Спорный вопрос, весьма спорный. Если бы пришел человек с «калашом» или «токаревым», тогда, конечно, говорить о «заказных ранениях» более чем сомнительно. Но сам по себе выбор оружия подталкивает к мысли: «киллер» из стрелков-спортсменов.

– С чего вдруг такие выводы?

– Во-первых, боевые характеристики пистолета Марголина не позволяют нанести тяжелых ранений. Во-вторых, «маргоша» применялся в упражнениях по скоростной стрельбе. Так что в руках мастера спорта, например, эта малокалиберная пукалка очень даже подходящий инструмент для решения именно такой деликатной задачи.

– Складно звонишь. Но… все равно, дон Леонсио, не катит эта тема. Вот чуйкой чую – что-то здесь другое.

– Да я и не настаиваю, – великодушно согласился Купцов. – Тема, действительно, надумана и за уши притянута. Но кто-то из «друзей» прислал киллера. И он же организовал звонки. Номер, с которого звонили, есть. Надо начинать с него. Иваныч клятвенно обещал предоставить всё по максимуму завтра, крайний срок – послезавтра. Значит, будем ждать, ничего другого не остается…

Вот только убойных фактов, за исключением «вильгельм-теллевских» навыков старика Старовойтова, не сыскивалось, так что остаток рабочего дня «инспекторов» прошел, можно сказать, впустую.