В легкой прострации Татьяна возвратила трубку радиотелефона на базу, прошла в ванную комнату, щелкнула «собачкой» дверной ручки и запустила струйку холодной воды. Смыв выступившую на лбу испарину, она присела на краешек ванны и прислушалась к своим ощущениям. Нет, смыть вместе с испариной охватившую ее тревогу не получилось. Более того, к ней, к тревоге, сейчас присоседилось чувство страха, капельками пота прорвавшее защиту дорогущего французского дезодоранта. «Ерунда! Пустяки, это всё пустяки, – запустила Татьяна сеанс самоуспокоения. – Кто-то номером ошибся. Номером ошибся – и хулиганит… Любовница! Ну какая у Николая любовница? Он же ТЕЛЕНОК. Пустяки, пустяки, не может этого быть…»

– Вы уже на все восемнадцать наговорили, – невозмутимо ответил Голубков.

Купцов столь же невозмутимо продолжил:

– Далее. Необходим некий оперативный фонд.

– Черный?

– Разумеется.

– Решим.

– Далее… Дим, что я еще упустил?

– Э-э-э… – Петрухин задумался. – Ну вполне вероятно, что в процессе работы нам понадобится привлекать специалистов со стороны. Например, для организации прослушки или наружного наблюдения. Таких людей мы, в принципе, сумеем привлечь. Но! Труд профессионалов недешев.

– Я считаю, – кивнул Брюнет, – что лучше заплатить дорого специалисту и получить результат, чем сэкономить, нанявши дилетанта, и получить шиш.

– Правильный подход. Далее: ты тут как-то на днях обмолвился, что у тебя есть связи на Суворовском?

– Допустим. И что?

– Их нужно переводить на нас с Леней.

– Хм… Подумаем.

Первый раз Брюнет не сказал: да. И это было совершенно понятно. «Связи на Суворовском» – дело тонкое. Ибо далеко не всякая «связь» захочет светиться перед посторонними.

– Подумаем. Что еще?

Приятели переглянулись. Когда вот так вот, с ходу, вам предлагают огласить список обязательных к исполнению пожеланий – поневоле растеряешься.

– Да пожалуй – всё. На первое-то время.

– Интересно… А зарплата вам не нужна? На энтузиазме будете работать?

– Э-э-э… Зарплата, – первым нашелся с ответом Купцов, – безусловно нужна. Энтузиазм – это, конечно, здорово, но деньги в России еще не отменили.

– Это верно, – отозвался Брюнет. – Потому давайте обсудим условия оплаты вашего труда. Я – бизнесмен, в энтузязизьм не очень верю. Более того – считаю, что энтузязисты бывают в рвении своем просто опасны… Итак, мужики, что бы вы хотели от меня?

Купцов и Петрухин снова переглянулись. По правде сказать, они не ожидали столь стремительного развития событий.

– А сколько, Виктор, вы можете предложить? – осторожно закинул удочку Леонид.

– Я считаю, что человек должен получать зарплату, которая стимулирует его интерес к делу и не оскорбляет человеческого достоинства.

– Кроме того, низкая зарплата является фактором повышенной вербовочной опасности, – ввернул свои «пять копеек» Петрухин.

– Три тысячи баксов, – сказал Брюнет. – Каждому, разумеется. Для начала.

Барабанная дробь!! Экс-менты внутренне вытягиваются во фрунт. С гордостью ощущая свою профессиональную полезность и рыночную востребованность.

– Надо подумать, – больше для проформы ответил Петрухин.