Обеими руками Алекс прижал ее во весь рост к своему телу. Кейт ощутила всю напряженность его затвердевшей плоти. Он испытывал такое же сильное желание лечь в постель, как и она.

Можно ли относиться к этому как к чему-то недопустимому? Грех — если можно произошедшее между ними считать грехом — уже содеян. Алекс не может зачать с ней еще одного ребенка. Им обоим доставит радость еще одно сближение. Они могут провести все оставшиеся ночи домашнего праздника, доставляя наслаждение друг другу. Это было бы чудесно.

Это было бы плохо. Оставляя зачатие ребенка — их общего ребенка — в тайне от Алекса, она лгала бы ему, а Кейт хотела теперь только правды между ними. Она хотела, чтобы на этот раз ее мысли и чувства были для Алекса так же открыты, как и ее тело.

Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, и посмотрела Алексу в глаза.

Глава 18

— Я должна сообщить тебе кое-что.

Кейт выглядела в эту минуту очень серьезной. Глаза широко раскрыты, лицо спокойное, и ни намека на улыбку. Она все еще стояла в кольце его рук, но полностью отстранилась.

Он снова привлек ее к себе.

— Я… я…

Кейт судорожно сглотнула, в глазах у нее появилось выражение почти панического страха. Поможет ли он ей, скажет ли, что уже знает?

Но знал ли он? Что, если она пытается сообщить ему о чем-то еще?

— Ты просто скажи мне, Кейт, в чем дело. Это не может быть чем-то скверным.

— Но так оно и есть, — почти прорыдала она и, как видно, услышав себя, крепко стиснула губы и закрыла глаза.

У нее на щеках слезы? Кейт вытерла, потом запустила обе руки себе в волосы.

Алекс нежно поцеловал ее.

— Скажи мне правду, дорогая. Прошу тебя, доверься мне.

Кейт открыла глаза.

— Но ты не можешь верить мне!

Не может верить ей? Алекс почувствовал себя так, будто ему нанесли удар под дых. Значит ли это, что она приглашала к себе в постель и других мужчин? Но зачем тогда ей понадобилось доводить это до его сведения?

На сей раз он не был склонен к поспешным умозаключениям.

— Кейт, ты меня пугаешь, право. Скажи прямо, в чем беда. Тогда мы вместе во всем разберемся.

— Хорошо.

Она сделала шаг назад, и Алекс отпустил ее. Кейт стиснула руки перед собой.

— Ты помнишь, что я сказала тебе, когда ты… — Она откашлялась и продолжила: — Когда ты посетил меня в Оксбери-Хаусе? Когда мы…

Тут она жестом указала на кровать. Его лицо приняло настороженное выражение.

— Ты многое мне тогда говорила. На что именно ты сейчас намекаешь?

– Я…

Господи, он может решить, что она полная дуреха. Чего ради, в самом деле, ходить вокруг да около? Нужно принять совет Алекса и объяснить, что к чему.

— Когда ты пришел ко мне в Оксбери-Хаус, я сказала тебе, что бесплодна.

— Да, именно такты говорила.

— Полагаю, поэтому ты и согласился… — Она снова указала на кровать. — Ты понимаешь.

Теперь он нахмурился.

— Понимаю, но ты ошибаешься. Я не потому лег с тобой в постель, что ты сообщила мне о своем бесплодии. Я поступил так потому, что ничего не мог с собой поделать. Желание обладать тобой было выше моих сил.

Взгляд его был уверенным, ясным и правдивым… но она все еще не сказала ему о ребенке. И она не сможет думать ни о чем другом, пока не скажет.

— Я солгала. Я не бесплодна. Я считала себя бесплодной, потому что за все годы замужества ни разу не забеременела. Правда, в последние годы нашей совместной жизни Оксбери почти, а потом и вовсе прекратил попытки обзавестись наследником, но когда мы только поженились, он прилагал к этому немалые усилия.