Но общая тенденция была ясна. Кто-то упорно, не останавливаясь перед применением силы, прибирал к рукам рентабельные предприятия, банки и фирмы города и области. Прибирал к рукам Регион.

Анализ случившихся в Регионе преступлений и несчастных случаев подтвердил это предположение. Сильным мира сего жилось здесь хуже, чем даже рядовым гражданам. Потому что не жилось. Они с завидным постоянством попадали в дорожно-транспортные происшествия, тонули, травились несвежими продуктами и суррогатами водки, терялись в лесах, умирали от сердечных приступов.

Конечно, не все.

Но те, что не желали отдать то, что имели, добром, — точно.

Этот выпал из окна десятого этажа за день до собрания акционеров, где имел все шансы выиграть.

Другой покончил жизнь самоубийством, отказавшись подписать не выгодный для него контракт.

Третий случайно попал себе из собственного ружья жаканом в башку на охоте на уток, на следующий день после назначения его исполнительным директором металлургического комбината.

Четвертый был задушен любовницей за сутки до отъезда в Москву для утверждения своего высокого назначения.

Странные смерти. Странные тем, что случились в момент смены предприятиями формы собственности. Ни раньше. Ни позже.

Но эти смерти хотя бы камуфлировались под несчастные случаи.

Серия последних ликвидации носила уже демонстративный характер. Кто-то пытался кого-то запугать. Или всех запугать.

Тайная война превратилась в явную.

Развязавшие ее силы перестали стесняться. Потому что перестали бояться возмездия. Похоже, они решили, что война уже выиграна. Что вопрос окончательной победы — это вопрос самого ближайшего времени.

Над кем — понятно. Вот только кого?

Кого?

Кто играет против всех и, в конечном итоге, выигрывает?

Кто играл против Резидента?

Силовики? Большой бизнес? Местная мафия?

И самый главный вопрос — как они вычислили Резидента? И предваряющий его — почему это стало возможным? Не потому ли, что он ввязался в драку, позволившую раскрыть его?

Но в драку за что?

За передел собственности?

Нет. Слишком мелко для регионального Резидента Конторы. Это эмвэдэшно-эфэсбэшный уровень. В компетенцию Резидентов не входит ловля мелких преступников и аферистов. И даже крупных. Контора занимается расследованием преступлений государственного масштаба, то есть в той или иной мере угрожающих безопасности страны. Особенно теперь, когда из-за многократных сокращений на «второстепенную работу» не остается ни сил, ни времени.

Выходит, что местный Резидент в нарушение инструкций погряз в мелкотемье, позволил себе увлечься дележом региональной собственности.

Или…

Или в этой истории есть какое-то второе дно! И вся эта с взаимным шантажом в прессе, с запугиваниями, с убитыми и ранеными криминальная война, бушующая в Регионе, лишь часть какой-то другой, гораздо более масштабной игры.

Которую нащупал и за которую поплатился местный Резидент.

В таком случае — какой игры?

И кто, если эта игра существует, эту игру ведет?

Кто?

Все тот же, бесконечно повторяющийся, с которого все началось, вопрос — кто?! Кто?!

Глава 16

— У меня плохие новости.

— Что случилось?

— Сбежал Будницкий.

— Будницкий?! Как он мог? Как он мог сбежать, если вы утверждали, что он находится под круглосуточным наблюдением?

— Наблюдение действительно велось…

— Как это произошло?

— Будницкий вернулся домой в восемнадцать часов и находился в своей квартире, под охраной агента, внедренного под видом дальнего родственника.