— Поясни, — попросил я с одобряющей улыбкой.

— Религия сама по себе служит средством сплочения людей. Как все присутствующие здесь знают, сейчас наш Крэланд ведет войну против еретиков. Но простолюдины не видят разницы между одним братом и другим. Поэтому я считаю, что в столице должны задуматься — как поставить себе на службу собственных прихожан. У вас не так много власти, брат Курт, чтобы отказываться от подобного рычага влияния.

Я кивнул в ответ, и тут заговорила Женевьева.

— Есть еще один момент, ваша милость, — негромко начала она, и я отсалютовал ей кубком, позволяя говорить. — Пример героизма. Ваши стражники проявили себя, как настоящие герои в том нападении. И вы правильно поступили, когда отметили их действия наградами. Но точно такие же подвиги описаны в книгах братьев, так почему бы не приучить людей к мысли, что совершить подобное может каждый?

— Благодарю, Женевьева, — сказал я. — Как видите, брат Курт, я не один думаю, что ваши соратники заняты не тем делом.

— Ваша милость, — с неодобрением покачал головой клирик. — Вы же знаете, что я не могу принимать решения самостоятельно. Кроме того, прошу обойтись без подобных высказываний.

— Потому что я одержимый, так? И такие речи только подтолкнут людей поверить, что моя душа черна, продана демонам, и я устраиваю оргии с девственницами каждое полнолуние?

Он хмыкнул с легкой усмешкой, которую не смог подавить. Женевьева чуть покраснела, лишь Марк остался невозмутим. Он, пожалуй, больше остальных провел рядом со мной времени и привык к подобной манере.

— Эти слухи беспочвенны, ваша милость, но не стоит их недооценивать, — справившись с собой, проговорил брат Курт.

— Тогда прошу вас провести работу со своими соратниками, — добавив строгости в голос, сказал я, отрезая новый кусок мяса. — Сегодняшний служка всерьез считал, что я скормлю его демонам. И неплохо было бы дать им немного воспитания, потому как он ломился в нашу спальню так усердно, что любого другого я, не задумываясь, казнил бы.

Курт склонил голову.

— Я разберусь с этим вопросом, ваша милость.

— Я рад, что вы меня услышали, — кивнул я, заканчивая разговор.

Несколько секунд над столом царило молчание. Наконец, новую тему поднял Марк.

— Киррэл, я видел, что твоя фабрика на болотах производит белый корень в больших количествах. А еще заметил, что все твои начинания пока что не приносят дохода.

— Да, — кивнул я. — Но это только дополнительное производство. Я планирую уже весной развернуть основные мощности в промышленном поселении.

— Я хотел бы уточнить, может быть, Ханна согласится посетить Белолесье? — спросил он, внимательно следя за мной.

Я пожал плечами.

— Я не вижу никаких препятствий для этого. Но тебе нужно с ней обсуждать этот вопрос. Во всяком случае, если она оставит достаточно лекарства, то может и сейчас отправиться. Но в целом я не имею ничего против твоего предложения. Хочешь развернуть производство и у себя?

Марк кивнул.

— Ханна уже доказала свою эффективность, так что работа со специалистом такого уровня может серьезно увеличить доход с моего баронства.

— Но и стоить ее услуги должны немало, — вставила Женевьева, глядя на своего жениха. — Вы готовы выбросить столько денег, даже не зная, окупятся ли вложения?

— Почему вы уверены, что я их выброшу? — нахмурился Вайссерманн.

— Потому что вам придется оплачивать работу алхимика, какой бы результат ни получился. А поручиться, что в Белолесье найдется хоть что-то ценное, не может никто.