У Пирса при этом уколе приподнялись брови, но я выдержала его взгляд, все еще злясь. А вот Ал был доволен донельзя.

— Это да, — почти проворчал он, услышав в моих словах больше, чем я сказала. — Я думаю, на сегодня достаточно, Рэйчел. Иди домой, отдохни слегка.

У меня открылся рот, пальцы выпустили накинутое на плечи одеяло. Я никак не переставала дрожать.

— Сейчас? Я же только что пришла… хотя я не возражаю, конечно.

Ал посмотрел на Пирса с таким видом, будто мысленно разминает костяшки пальцев. А Пирс так же злобно глядел в ответ, с мрачным и решительным лицом. Идиот. Как только я уйду, у них начнется «семейный разговор демона с фамилиаром». Но прибирать после него не мне.

— Пошли, — сказал Ал, беря меня за локоть и отпуская, когда я от боли зашипела.

— Ты идешь со мной? — спросила я.

Вместо ответа Ал взял меня за локоть здоровой руки.

— Если тебя не будет здесь, когда я вернусь, — сказал демон Пирсу, — я тебя убью. Пусть я не могу тебя сдержать, но найти тебя мне будет просто. Ты понял?

Пирс кивнул. На его лице появились новые суровые морщины.

Я хотела было возразить, но Ал коснулся линии, и в ту же минуту я растворилась до мысли и меня втянуло в ближайшую лей-линию. Струи энергии натянулись струнами между реальностью и безвременьем. Я инстинктивно заключила мысли в защитный круг, но Ал успел раньше.

— Ал? — спросила я, удивившись, что он со мной, хотя это повышало цену более чем вдвое.

Я тебе велел ничего не делать. Возвращаюсь — и нахожу тебя одержимой? Мне пришлось звать на помощь Тритона. Ты знаешь, насколько это неудобно? И как долго еще мне придется расплачиваться?

Наши разумы занимали одно и то же место, и хотя я не слышала ничего, чего он не хотел бы, скрыть свою злость на меня и неожиданную тревогу по поводу Пирса ему было бы трудно. И еще Ал получал мою дозу злости на этого типа. Быть может, поэтому Ал провожал меня домой, когда с тем же успехом мог бы бросить на кладбище при церкви. Хотел заглянуть в мои эмоции.

Саднило в легких — точнее, в воспоминании о них, — но я почувствовала, как Ал что-то сплетает постороннее, и мы вернулись в реальность. Я споткнулась. Туман, повисший еще когда я уходила, сейчас стал еще гуще. Лампочка на заднем крыльце светила желтым шаром, и я глубоко вдохнула сырую, туманную весеннюю ночь. Четыре часа прошло — и я дома.

— Ученица! — окликнул меня Ал несколько мягче теперь, когда видел мою злость на Пирса, и я повернулась к нему, подумав, что у него такой вид, будто он в тумане — дома. В элегантном пальто, начищенных ботинках и дымчатых очках. — Ты хоть представляешь себе, под каким я давлением? — спросил он. — Обвинения, о которых ты даже не слышала никогда, а угрозы? Почему, как ты думаешь, я дважды проверил бутылку, которую дала мне Тритон? Она хочет тебя заполучить, Рэйчел, и ты ей даешь поводы сделать это в любой доступной ей форме!

— Я зажгла свечу, потому что не хотела сидеть в темноте, пока твой фамилиар смылся и свет погас! — Я не собиралась сносить его упреки безропотно. — Ронять ее я не собиралась. Бумага загорелась, и я вылила воду, чтобы ее погасить. Душа освободилась. И это была душа, мерзавец ты. Ты понимал, что я не стану этого делать, знай я, что там не аура.

Он наклонил голову. Лицо его в тумане казалось размытым.

— Потому-то я и не сказал тебе.

— Больше не лги мне, — потребовал я, осмелев в собственной реальности. — Я серьезно, Ал. Если я выкопаю себе могилу, то пусть это будет сознательно. О'кей?

Я хотела язвительно сострить, но получилось просто правдиво.