– Да! – голос смуглого чуть дрогнул, но не от страха или сомнения – в нём прозвучала ненависть. – Пока Львиное Сердце жив, ни один воин Аллаха не может спать спокойно!.. Но король Франции тоже силён и могуч, у него большая армия, и если он не оставит в покое земли правоверных, то придётся дать вашей стране другого короля... Кто там ему наследует?

– Если для тебя всё так просто, – проговорил человек в куцем плаще, – то зачем тебе вообще понадобился в этом деле я? За что ты мне заплатил? И почему уехал из Парижа, потащился со мной в Шампань, а оттуда – в эти лионские дебри? Не проще ли было в Париже дождаться этого злосчастного рыцаря, раз ты сумел подкупить даже кого то из свиты принцессы?

Смуглый рассмеялся, но его смех казался ещё мрачнее и неприятнее предыдущей мрачной мины.

– Я же должен был убедиться, что ты меня не обманул, и граф Анри Шампанский на самом деле в предместье Лиона, и что он повезёт Алису назад, в Париж, а не отправится с нею сразу же на Сицилию. Что если он решил бы обойтись без рыцаря, посланного королём? Да и ты, любезный Гийом, можешь получать деньги не только от меня.

Человек в куцем плаще обиженно фыркнул, однако не решился спорить со своим зловещим собеседником. Он только осторожно спросил:

– Да отчего ты непременно хочешь поехать с Алисой, подменив её сопровождающего? Разве тебе так трудно подобраться к Ричарду Львиное Сердце и без такой уловки?

– Трудно! – злобно огрызнулся смуглый. – Он отважен настолько, что кажется безумным, но он, увы, не безумен и не безрассуден. Кроме того, – тут на его толстых губах промелькнула улыбка, – Старец горы часто предпочитает оставаться в тени, когда его рукой Аллах карает неверных или непослушных. Если я буду вблизи короля англичан, то он может умереть и обычной смертью, либо по собственной неосторожности. Скажем, упасть с коня во время быстрой скачки, сильно простудиться, либо ещё что нибудь... А тебе я плачу за то, чтобы было кому подтвердить мой рассказ в Мессине, и за то, чтобы ты, в случае чего, вовремя остановил своего ретивого братца.

– Анри?! – взвизгнул тот, кого смуглый называл Гийомом. – Уж не хочешь ли ты сказать, что в случае чего поручишь мне его убить?

– А то ты скажешь, что любишь его? – вкрадчиво спросил смуглый.

– Скажу, что ненавижу! Но ни за что не стану с ним связываться... Он укокошит пяток таких, как я!

Смуглый ближе подошёл к своему сообщнику и снизу вверх пристально посмотрел в его лицо.

– А знаешь... Как ни ненавижу я короля Ричарда, но не стану лгать и говорить, что в честном бою я мог бы с ним совладать... Однако вполне надеюсь отправить его ко всем его славным предкам! Думаю, если ты научишься шевелить своими куцыми рыцарскими мозгами, то тоже сможешь побеждать тех, кто в открытой схватке победил бы тебя. Прощай. Мне не нравится, что кто то, пускай даже дикие звери, рылись в моих вещах. Правда, всё на месте, но спокойно ночевать здесь я сегодня уже не смогу. Я ухожу, а завтра отправлюсь в Париж. Ты же должен постараться задержать графа и принцессу ещё на пару дней, чтобы мне наверняка успеть подменить собой французского рыцаря. Коль скоро Анри Шампанский поручил тебе все сборы в дорогу, ты легко сможешь их немного затянуть. А уж в Париже я сам буду решать, ехать ли тебе со мной в Мессину.

– Я бы лучше остался! – воскликнул Гийом уныло. – Что то у меня нет никакого желания даже ненадолго становиться крестоносцем...

– Я знаю, что тебе плевать на свою веру и на вашего Бога! – через плечо уронил смуглый, вскинул на плечо свой мешок и, как тень проскользнув в проём, исчез.

Всё это время Луи раздумывал, стоит или не стоит ему сейчас себя обнаружить. В разговоре этих двоих он понял далеко не всё, однако главное было совершенно очевидно: загадочный смуглый человек, говорящий со странным акцентом, скорее всего, сарацин и относится именно к тем самым страшным слугам Старца горы, убийцам ассасинам, о которых писал прадед Эдгара, про которых Луи столько слышал от других крестоносцев.