— Там в конце ящики и бочки. Остальной подвал почти пустой, только доски бы сдвинуть на полу и стены осмотреть. На полчаса возни, вряд ли больше.

Брат что-то промычал в ответ. Вид у него был недовольный, напрасные поиски уже давно раздражали Вика. Опять же компьютер ждал.

Подвал за пару суток не изменился. Все та же тишина, сырость и своды из старого, разных размеров кирпича над головой. Если судить по этому помещению, дому вполне может быть и двести лет, а то и все триста. Здесь-то время точно остановилось давным-давно.

Виктор брезгливо покопался в стопках газет, присев на корточки. Отбросил макулатуру в сторону, потом осмотрел стены. Ни малейшего энтузиазма, да и маломальской системы в его действиях не было: копается, вроде как, но мыслями давно в своей комнате. Агата, напротив, старательно искала хоть что-то, приближающее ее к разгадке — что нужно в их доме всем этим неведомым ворам, почему появляются призраки и отчего они взъелись именно на их семью. Она чувствовала, что разгадка не так уж сложна, но в чем она — так пока и неясно.

— Доски сдвинул. Смотри, ноги не переломай, — донесся голос брата. — Нет под ними ничего интересного, земля — она и есть земля. К тому же местами мокрая. В бочках будем смотреть? А, ч-ч-ерт… Об ящик ударился!

— Осторожнее, браза. Да, все надо посмотреть.

Вик ворочал тяжелые ящики, с которыми сестра в жизни бы не справилась. Снял, кряхтя от натуги, верхний. Поставил на земляной пол, заглянул внутрь.

— Тарелки, прикинь! Весь ящик — одни тарелки. Похоже, прямо с завода. Торговал ими покойник, что ли?

— Он куклами торговал. А это… Я думаю, это задолго до Реца все сложили. Видел, сколько на этих ящиках пыли наросло?

— Видел?! Да я весь в этой грязищи!

Виктор выругался уже в голос, но исправно переложил ящики из одной пирамиды в другую, рядом. В каждый заглянул, но никаких открытий это не принесло.

— Снова тарелки… Запчасти к чему-то… Ага, тут на упаковке есть — для трактора. Едрен корень, уж и нет этих тракторов, только что в музее. Журналы… Ох, ничего себе, шестьдесят второй год. Портрет Кеннеди нужен?

— Кто такой Кеннеди? — на секунду замерла Агата.

— Джон Фицджеральд… Да понятия не имею! — Вик в сердцах отбросил журнал, и тот тяжело, как подстреленная птица, шлепнулся на пол. — Пошли отсюда! Зря время тратим.

Фонарь начал светить тусклее, явно разряжаясь. Виктор закончил переставлять ящики и, встав на один из них, заглянул поверх бочек.

— Нет, ты как хочешь, а туда я не полезу, — сказал он сестре. — Бочки старые, похоже, запечатаны давно. Даже если там вино какое, все уже скисло. Давай заканчивать!

«Помоги мне!..».

— Что ты сказал? — Агата едва не упала, резко разворачиваясь к брату.

— Я?! Бочки, говорю, старые. И я их с места-то не сдвину.

— Да нет, я не про то… Ты помочь просил?

Вик зло рассмеялся. Короткое эхо нервно откликнулось из углов подвала.

— С ума сошла? Чем ты мне поможешь? Я сам еле поднимаю все эти закрома старого пирата. Только вот дублоны никак найти не могу.

Агата оглянулась по сторонам. Но ведь кто-то говорил. Только что. Не галлюцинации же у нее начались…

— Ладно, что мы еще не посмотрели?

Вик спрыгнул с ящика. Тоже посмотрел вокруг, следуя взглядом за потускневшим лучом фонаря.

— Ну… Вон куча песка в углу, если только там порыться. Лопату где-то у лестницы видел, сейчас притащу.

«Помоги…».