«Я не могу помочь. Честь мертв. Он был единственным, кто знал, на что ты способен. Он был единственным, кто мог обучить тебя».

Далинар раздраженно зарычал и начал расхаживать по площадке из необработанного камня перед своим домом в военном лагере.

«Каладин, Шаллан, Ясна, Крадунья… все они обрели свои силы естественным образом, – сказал Далинар. – Но вот я здесь, спустя много месяцев после возникновения наших уз, и я едва продвинулся».

«Ты чем-то отличаешься от них, – ответил Буреотец. – Ты нечто большее, более опасное. Но и сложное. Никогда еще не было такого, как ты».

Далекий гром. Все ближе.

«Разве что…» – начал Буреотец.

Далинар поднял глаза, когда его осенила мысль. Вероятно, та же самая, что пришла на ум Буреотцу.

Существовал еще один узокователь.

Вскоре запыхавшийся Далинар прибыл к небольшому зданию в дальней северной части лагеря. Люди метались вокруг, готовясь к надвигающейся буре, но он не обращал на них внимания. Вместо этого он ворвался в маленькое здание, удивив женщину, ухаживающую за громилой, который сидел на полу, наклонившись вперед, и что-то бормотал себе под нос.

Женщина вскочила на ноги и потянулась к мечу на поясе. Она принадлежала к трудноразличимой расе – кожа темная, как у азирки; глаза большие, как у шинки. Эти двое были существами, затерянными во времени. Существами почти такими же древними, как сам Рошар. Вестники Шалаш и Таленелат.

Далинар проигнорировал угрожающую позу женщины и, шагнув вперед, схватил ее за плечи.

– Вас было десять. Десять Вестников. Все были Сияющими рыцарями.

– Нет, – возразила Шалаш. – Мы предшествовали Сияющим. Они подражали нам, но мы не были в их рядах. За исключением Нейла.

– Но один из вас был Узокователем. Иши, Вестник Удачи, Вестник Тайн, Связующий Богов.

– Создатель Клятвенного договора, – сказала Шалаш, вырываясь из хватки Далинара. – Да, да. У всех нас есть такие имена. Бесполезные имена. Вы должны перестать говорить о нас. Восхищаться нами. И прекратите нас рисовать!

– Он еще жив, – не унимался Далинар. – Он не скован клятвами. Он бы понял, чему я могу научиться.

– Не сомневаюсь, – проворчала Шалаш. – Если кто-либо, кроме меня, еще в здравом уме, то это он.

– Он тут рядом, – с восторгом проговорил Далинар. – В Тукаре. Не более чем в коротком полете к юго-востоку от этого самого города.

– Разве на пути нет армии? – сказала Шалаш. – Разве не оттеснение врага назад – принуждение к столкновению с войском Ишара – наша главная цель прямо сейчас?

– Именно этим и заняты Ясна и наша армия, – подтвердил Далинар. – Но у меня другая задача. Я должен найти способ поговорить с богом-жрецом, а затем убедить его помочь мне спасти Уритиру.

72. Одна среди врагов

Намерение имеет значение. Намерение царит над всем. То, что я пытаюсь сделать, нельзя повторить случайно. Только умышленно. Похоже, до сих пор мы не понимали, насколько это великий закон.

Навани тихо сидела в библиотеке, обращенной в тюрьму, и ждала. Шли часы. Она попросила поесть, ей принесли еду, но ни стражник, ни Глубинная, которые ее сторожили, не отвечали на вопросы. Поэтому она ждала. Она слишком нервничала, чтобы заниматься работой. Ей было слишком тошно, чтобы попытаться поговорить с Сородичем.

После всех заверений и обещаний Навани все-таки оказалась недостойной доверия.